Читаем Поцелуй музы полностью

– Эта женщина… хотела меня убить? Кто она? – С помощью Лэнсбери и Адамса я медленно села. Адамс поправил одеяло, которое сползло у меня с живота. За это я была ему благодарна, потому что меня знобило. Я не могла сказать, был ли это просто шок, или же в игру вступил страх.

– К сожалению, мы не знаем, – сказал Адамс. – Когда полицейские прибыли на место, там уже не было никаких следов, и никто из свидетелей не видел, как она скрылась. Остались лишь гильзы и пулевые отверстия. Следственный комитет осматривает лестничный пролет, но мы думаем, что им не удастся ничего найти. По крайней мере, ничего существенного, если эта женщина была из Литерсума. – Конечно, женщина исчезла. Ни один из персонажей не был настолько глуп, чтобы, совершив покушение на убийство, остаться ждать на том же месте. Я посмотрела на Лэнсбери, который до сих пор не издал ни звука. Он не выглядел раненым или страдающим от боли, от чего я с облегчением выдохнула. Но было заметно его напряжение, в глазах читалась ярость и потрясение. И что-то другое, что я никак не могла распознать.

– Как ты? – поинтересовалась я.

Он фыркнул и отвел взгляд:

– Это не имеет значения.

– Конечно, имеет, – возразила я. – В нас стреляли. В тебя тоже могли попасть. – Лэнсбери встал и стал носиться туда-сюда по комнате.

– И это было бы лучше, чем вот так, – сказал он и показал на больничную койку. Он взъерошил волосы и вылетел из комнаты.

– Что с ним случилось? – спросила я у Адамса, который обеспокоенно посмотрел коллеге вслед.

– Это связано с причиной, по которой он и захотел стать полицейским, я полагаю.

– И что это была за причина?

– Это он тебе сам должен рассказать. – Мне хотелось задать Адамсу еще несколько вопросов, но в этот момент открылась дверь, и в палату вошла мама. Она выглядела ужасно, растрепанные волосы и зареванные глаза. Она плакала из-за меня? Когда она заметила, что я находилась в сознании, она бросилась к кровати и аккуратно обняла меня со здоровой стороны.

– Лу, солнышко. Как ты?

– Уже очень хорошо. Я думаю. С кем-то еще что-нибудь произошло? – Я подумала о прохожих, которые были на улице, когда эта дура стреляла по нам.

Мама, к моему облегчению, покачала головой.

– Прохожие получили несколько ссадин и ушибов, когда бросались на землю, спасаясь от пуль. Нам сообщили также о нескольких повреждениях железных перекрытий. Но ты… – Она посмотрела на мою повязку. – Лу, я не знаю, к чему это может привести! Я схожу с ума от того, что не могу как следует защитить тебя. Люди, которые скрываются за этим, бессовестны, и я…

– Эбби! – Адамс встал и обнял маму. Она успокоилась и отвернулась. Стоило мне оставить маму одну, и она уже нашла себе парня. Если бы я знала, я бы раньше ввязалась в неприятности. Я надеялась, что мама не заметила улыбку, которая на мгновение засияла на моем лице. Она вытерла слезы и села ко мне на кровать. Адамс кивнул мне и вышел из палаты.

– С меня хватит. Я не допущу, чтобы этим преступникам еще раз удалось подобраться к тебе так близко. Я не буду спать, пока не раскрою это дело. Я поймаю их.

Я прижалась к маме. Она, как и я, знала, что ее возможности в Литерсуме ограничены, но, возможно, ей удалось бы выйти на след литературных преступников в нашем мире. Наверное, эта надежда была тем единственным, что удерживало ее на ногах. Она выглядела измотанной. Тем не менее она была не только полицейским, но и мамой. Она могла бы выделить порцию заботы…

– Шелдон! – закричала я. Черт, я забыла о своем верном коте, который до сих пор вынужден был сидеть в квартире Лэнсбери.

Мама успокоила меня:

– С ним все хорошо. Сразу по прибытии полицейские проникли в квартиру Лэнсбери. Они обыскали все комнаты и дом в целом, но не нашли ничего подозрительного. Только храпящего в кровати кота. Никто не был ранен, все отделались лишь испугом.

– Можно мне к нему?

Мама кивнула.

– Даже если это прозвучит глупо, но это было бы лучшим решением, если бы вы вечером вернулись домой к Лэнсбери. У… меня нет мест, все квартиры Скотленд-Ярда заняты, а мы с Адамсом всю ночь проведем здесь. Я все еще убеждена, что рядом с Лэнсбери ты в надежных руках. Но, само собой разумеется, вокруг дома и возле квартиры мы расставим полицейских для вашей безопасности. Завтра, когда ты отдохнешь, мы поговорим насчет фоторобота и наших дальнейших действиях. Сейчас тебе необходимо поспать.

Я кивнула. Она была права. Я ужасно устала, была потрясена, и мне хотелось только лишь спать. Неважно где, неважно как. Волнение испарилось, оставив после себя вакуум, от которого я была вялой, а может, причиной тому были обезболивающие. Мама положила мне в руку еще две таблетки, которые я должна была принять на ночь, а медсестра сменила повязки, которые мне нужно было менять каждые два дня. Я, качаясь, встала и самостоятельно вышла из палаты.