Читаем Потопить «Ледокол» полностью

Обычное, классическое, контрнаступление дополнялось рейдами на территорию, занятую немцами, рейдами, которые вызывали панику и хаос в их тылу. Партизанские отряды, часто организованные офицерами НКВД, засланными за линию фронта, атаковали немецкие колонны под прикрытием лесов и болот. Из морозной предрассветной мглы перед немецкими позициями стремительно возникали лыжные батальоны сибиряков из 1-й Ударной армии, и предупредить немцев об их приближении мог только скрип замёрзшего наста. В тыл противника прорывались кавалерийские дивизии Красной Армии, личный состав которых, как правило, комплектовался из людей, призванных в казачьих станицах. Эскадроны и целые полки на мохнатых монгольских лошадях внезапно появлялись в 30–40 километрах за линией фронта, уничтожая артиллерийские батареи и склады боеприпасов и сопровождая свои налёты свистом сабель и леденящими кровь воинственными криками.

Очень скоро стало ясно, что советское командование планирует окружить противника. Чтобы избежать этого, армиям Бока пришлось стремительно откатываться назад, и за десять дней они отступили на 160 километров. Москва была спасена. Германским войскам, не имевшим практически никакого зимнего снаряжения, ничего не оставалось делать, как проводить эту зиму в открытом поле.»[89]

Все источники говорят о беспорядочном отходе немецких войск от Москвы. Японцы же после Кораллового моря перестроили свой флот и нанесли удар по Мидуэю. Никаких следов паники и бросания оставшихся без горючего крейсеров совершенно не видно.

Вот американцы, те да, молодцы, отстояли Порт-Морсби. Правда, они почему-то покинули район боя, утратив возможность продолжать бой, но это уж точно был хитрый манёвр.

* * *

Остров «На полпути».[90] Бунич так охарактеризовал эту битву