Читаем Постижимое полностью

Я молча постоял, отрешенно думая. Девица в рубашке ждала, не выказывая ни тени смущения.

— А прошлое? — спросил я.

Девица в рубашке пожала плечами.

— Тоже. Просто нам это не интересно.

Я снова замолчал, отрешенно размышляя. Потом подошел чуть ближе.

— А вы можете кое-что увидеть, если я попрошу? — спросил я, глядя в глаза девицы в рубашке.

— Могу, но не обещаю, что увижу, — улыбнулась мне она.

Я медленно поднял руку и указал пальцем на свою футболку.

— Вы можете сказать, кто сделал эту вещь? — спросил я.

Ученики продолжали шевелить пальцами, не обращая на нас внимания. Девица в рубашке внимательно вгляделась в прильнувшую к черноте белизну. Закрыла глаза, открыла; потом потерла пальцы друг о друга, поводила головой влево и вправо. На нас посматривали из-за других столов, но мне было все равно. Помедитировав с минуту, девица в рубашке немного разочарованно улыбнулась.

— Простите, но мне открылось немногое, — извинилась она. — Могу только почти наверняка сказать, что это женщина.

Я поблагодарил девицу в рубашке за уделенные мне время и силы и пошел дальше.

— Извините! — окликнула меня она. Я остановился и обернулся.

— Если вы ищете туалет, он в другом конце, — подсказала мне она, не стесняясь окружающих. Я поблагодарил ее и пошел обратно. Вывеска с красноречивой надписью и в самом деле была там, просто я ее не заметил.

Вдруг в глаза мне бросился чей-то силуэт в углу. Лица я не рассмотрел, только согнутую спину. Человек сидел за столом один, что в целом было не странно; странным было чувство, что о человеке никто не знал, а он знал обо всем, что было ему интересно. Цвет его одежды показался мне знакомым. Стараясь отсечь навязчивые мысли, я пошел быстрее.

За дверью туалета оказалась темнота. Ничуть не смутившись, я закрыл за собой дверь и зажег фонарь на телефоне. Благородно блестящий унитаз оказался совсем рядом. Колыхающиеся в голове волны подсказали, что дальше мне фонарь ни к чему. Шагнув к унитазу, я погасил свет и убрал телефон обратно в задний карман. Расстегивая ремень, понял, что точно не промахнусь. Темнота по-прежнему была беспросветной. Мысленно определив расположение распахнувшегося на уровне моих коленей кратера, я понял, что никакого зудящего лепестка внутри меня уже нет и избавиться мне осталось только от слегка переработанного содержимого колбы, столь мужественно сопротивлявшейся наплыву пустых стаканов. Наконец я отдался порыву, и вода в унитазе послушно зажурчала. Музыка доносилась еле-еле, голосов я и вовсе не слышал. Вдруг прямо на уровне моего лица включился совершенно бесшумный кондиционер. Он дул несильно и не сплошным потоком, а осторожными волнами, будто ощупывая меня. Горячий воздух касался моего лица с каким-то странным стремлением. Я вдруг задумался о размерах и дизайне туалета, который толком не успел рассмотреть. Чернота впереди и вокруг не хотела выдавать мне лишних секретов. Вода в унитазе перестала журчать, и я вдруг ощутил, что мне неловко тянуть руки к спущенным джинсам, да и вообще как-либо шевелиться. Кондиционер, похоже, слегка перегрелся, и у него появился звук — тихий неспокойный рокот, время от времени прерываемый как будто нетерпеливыми присвистами. Отражение этих звуков родилось у меня в груди, из-за них я не мог расслышать свое сердце. Пытаясь понять хоть что-то, я медленно поднял руку и протянул вперед, к стене, на которой должен был висеть кондиционер. Стены не оказалось. Медленно обогнув унитаз, я снова попытался нащупать сплошной слой кафеля впереди, но снова ничего не нашел. Не успев сделать следующий шаг, я снова замер — кондиционер подул на меня уже сбоку. Его дыхание трепетало уже на износе, будто лишившись терпения, свистящие ноты напарывались друг на друга, ложась нестройным зазубренным рядком. Я вдруг отчетливо понял, что никакой стены впереди вообще нет — но что-то другое как будто было значительно ближе, совсем рядом. Рокот стал раскрываться, будто разрезанный скальпелем. Из-за двери донесся беззаботный смех, потом кто-то дернул ручку. Все пропало, я услышал невпопад бьющее сердце. Натянув джинсы и застегнув ремень, я подошел к двери и торопливо открыл. На меня недоуменно уставился мужчина средних лет, потом выпустил меня и зашел, щелкнув выключателем. Возвращаясь к столу, я вспомнил про человека, сидевшего в углу, но снова смотреть на него не захотел.