Читаем Постфактум (СИ) полностью

– Учитель, вы нарушаете установленные границы общения. Мои решения не являются предметом для обсуждения.

– Я не переходил границ, поскольку не требовал от тебя ответа и не задавал вопросов.

Коммандеру показалось, что Спок слегка улыбается, впрочем, Селек не так много знал об улыбках, чтобы судить, тем более что на мимике лица это ощущение никак не отразилось.

– Я понял, учитель. Ваш аргумент объективен и выявил изъян в моей логике.

Они обсудили растение и возможные варианты экосистемы, в котором мог обитать подобный вид (Селек старался не касаться информации, которую узнал во время мелдинга).

Учитель ушёл в 2355.

Селек отправил на падд доктора МакКоя отсроченное сообщение (в случае, если план не удастся, отменить отправку можно успеть до восьми утра). Наскоро собрал в реплицированную сумку необходимое, включая чёрную хламиду для медитаций, и покинул каюту.

Телепатический зов Спока-растения настиг его в лифте. Чистый и чёткий, словно между ними не было расстояния вообще. Селек постарался не думать о том, как близко к Споку сейчас и насколько открыт разум спящего капитана; Джим Кирк был доступен вулканцу весь, без остатка.

«Я собираюсь осуществить задуманное», – обратился Селек в ответ к растительному вулканцу.

Ты собираешься подвергнуть опасности свою жизнь.

«Ты отговаривал меня утром. Твои доводы не были убедительными. Я настаиваю на том, что эти расчёты неверны. Риск не настолько велик, а имеющийся является необходимым».

Я понял тебя и не стану останавливать. Живи долго и процветай, брат Селек.

Коммандер не стал отвечать. Пожелать подобного противоречило фактам.

В 0047 Селек стоял над разбуженным Сирано Джонсом в камере временного содержания преступников на десятой палубе.

– Я не знаю, ей-богу, как несчастное животное попало к этой милой девушке, коммандер, – частил торговец, заискивающе глядя на вулканца. – И отдельно я клянусь, кот не линял до того, как попасть на этот корабль! Это милое и добродушное животное, шерсть которого…

– Меня интересует растение, мистер Джонс. То растение с проклюнувшейся почкой. А точнее, тот, кто вам его продал.

– Вы проверяли меня на детекторе, мистер Селек, – Джонс изобразил выражение лица, которое Селек трактовал как «обиженное». – Вы знаете, что я не врал, клянусь богами Ориона, чистая правда – я не знаю, кто мне продал этот горшок с саженцем, у него было закрыто лицо! Это нормально для чёрного рынка редкостей, к вашему сведению, господин строгий вулканец, да-да.

– Вы должны прекрасно знать, как обмануть детектор. Растительное существо разумно, мистер Джонс, о чём вам должно быть известно. Я могу созвать суд, где будет проведён допрос с использованием сыворотки правды. Вас осудят, как работорговца.

Джонс поджал губы и семь секунд смотрел на него с тем же обиженным выражением лица. С вероятностью в девяносто целых и пятнадцать сотых процента просчитывал возможную выгоду.

– Сделка, мистер Селек?

– Это разумный вариант. Я помогаю вам сбежать и освободить ваш корабль, вы отвозите меня к торговцу. Но прежде одно условие. – Он плавным движением выхватил фазер, наставив на дёрнувшегося Джонса. – Я попрошу вас держать себя в рамках приемлемого поведения и не пытаться меня обмануть.

МакКой, матерясь сквозь зубы, открыл сообщение от коммандера, помеченное значком «срочно».

Он знал, всегда знал, что если проблема на корабле не из-за вечно беспокойной капитанской жопы, то из-за логичного шила в жопе какого-нибудь вулканца. Ну и какая-то сотая доля проблем – из-за там… взрыва в инженерном, когда тащат в медотсек всех без разбора, и у кого пальчик обожгло, и у кого руку разворотило, или нападения какого-нибудь, когда вперемешку энтерпрайзовцы и нападавшие.

«Уважаемый доктор», – начиналось письмо, такое начало уже не к добру, какой он нахрен уважаемый, вулканская ты жопа: – «Я буду вынужденно краток в своём сообщении. По ряду причин, обозначенных в приложении к моему письму, я вынужден организовать побег торговца Джонса и вылететь на его судне на встречу с орионским торговцем. Прошу вас предотвратить панику и неудобные вопросы, которые неизбежно возникнут у экипажа, когда факт моего отсутствия откроется. Во втором приложении к письму я оставляю формы, которые позволят вам временно назначить на место старшего помощника и главы научного отдела любых членов экипажа по вашему выбору.

Прошу вас скрыть факт моего отсутствия также и от капитана.

Посол Спок посоветовал мне указать, что я буду вам должен.

Коммандер Селек».

А то, что письмо МакКой получил за час до начала смены, видимо, должно было добавить пикантности в ситуацию, ага.

Нет, это не остроухий гоблин. Это намного, намного хуже.

Кажется, Спок взял за привычку будить Джима по утрам.

В этот раз он разбудил его (по словам вулканца, которому Джим доверял) в 1043 по корабельному времени. Из-за того, что доктор МакКой выписал капитану больничный, на мостик тому идти было не нужно, и если бы не Спок – спал бы до следующего дня.

– И сколько тебе теперь? – Джим ласково положил ладонь его щёку. Спок нависал над ним с едва заметной улыбкой в глазах.