— Ваш сын относится к категории неизлечимых, — серьезно смотрел на него старший инспектор. — Неизлечимых, понимаете?

— Почему вы не подумаете о том, что, может, из таких детей вырастут ученые, которые и создадут лекарства от неизлечимых сегодня болезней? Или там…

— Да бросьте вы, — уверенно прервал инспектор. — Не вырастут. Условий обучать их нет. Средств на лечение и реабилитацию тоже. Мы окружены санкциями, в стране нет денег.

— Ну, парады военные проходят же, — пытался понять Телль. — На вооружение деньги есть.

— У нас должно быть, чем себя защищать, — объяснил очевидную вещь инспектор.

— А аппарат для слуха? — вспомнив, как его искала в аптеках и магазинах Фина, спросил Телль.

— Нашего производства — нет, — немного подумав, ответил инспектор. — А зарубежные ввозить нельзя — санкции ведь, запрещен ввоз всего.

— Эти запреты ввело само наше государство, — не выдержал Телль. — И на лечение наших детей за границей, и на ввоз лекарств оттуда. А лекарств, которые могли спасти моего Боба, у нас как не делали так и не делают.

Инспектор взглянул на него с сожалением.

— Вы для чего мне это сейчас говорите?

Телль не ответил. Он думал о другом.

— Все же, если найти где-нибудь слуховой аппарат…

— Поищите, — кивнул старый инспектор, словно пожелав Теллю удачи.

Черный рынок

На работе Теллю сказали, что слуховой аппарат можно купить на черном рынке. Считалось: там есть все. Конечно, Телль знал про черный рынок, знал даже, что он находится в парке Мира, но сам никогда там не был. Работал черный рынок только по воскресеньям.

Подойдя к парку, Телль не увидел ни торговых рядов, ни продавцов. Но, когда он вошел внутрь парка и направился по аллее, прохожие, а также сидевшие на скамейках люди начали предлагать ему кофе, сигареты, книги, чай.

Чаще всего предлагали сигареты. Но, даже если бы сейчас курение не было запрещено, — Телль не понимал, зачем употреблять эту отраву, да еще и платить за нее. Что до кофе, то он несколько раз интересовался ценой. Она казалась Теллю просто заоблачной.

Чем дальше он шел, тем больше людей ему встречалось в парке. Многие уже были не налегке, а с сумками, портфелями, у одного торговца Телль даже увидел тележку, на которой стояла в оберточной магазинной бумаге коробка.

— Швейная машинка. Заграничная. Не использовалась, — мужчина кивнул на тележку.

— А слуховой аппарат есть здесь? — Телль поднес руку к уху.

Человек с тележкой показал на левую дорожку парка.

— Тебе туда. Медицинское там.

Торговцы мебелью разворачивали сделанные из простых школьных альбомов каталоги, продавцы техники держали инструкции с иллюстрациями своих товаров. Телль, сколько ни вглядывался, — ни за кустами, ни за деревьями не стояло ни стульев, ни комодов, ни кресел. Даже маленького радиоприемника ни у кого в руках он не видел.

— Первый раз здесь? — окликнул Телля небритый человек средних лет в серой кепке, из-под которой свисали, закрывая уши, жирные волосы.

— Да, — остановился Телль.

Человек сдернул с плеча дерматиновую залатанную сумку, вытащил оттуда тетрадь.

— Я продаю книги. Вот список. Если что интересует — скажи, — он ткнул Теллю тетрадь. — Вот недавно десять книг достал…

— Нет, не надо! — оборвал его Телль.

Он хотел пойти дальше, но ему стало неловко своей грубости. Телль повернулся к торговцу книгами, который осторожно застегивал молнию сумки.

— Подскажите, а где товар у всех?

— В сумках носим, — торговец показал на свою. — Если товар большой или это техника, то договариваешься, идешь, куда скажут и забираешь. А, если это одежда, то вон…

Книготорговец кивнул на толстого мужчину в длинном пальто.

— Одежду под одежду можно надеть. У него там халат. Но одеждой и обувью тут один-два человека торгуют. И то — одним и тем же людям продают, кто давно у них берет.

— Почему это? — спросил Телль, которому было интересно слушать торговца.

— Ты со шкафом станешь по улице ходить? — тот не понял вопроса и, не дожидаясь ответа, продолжил: — А с радиоприемником? Или ты будешь прямо на улице кофе пить?

— Кофе у нас на работе, я знаю, покупали тут…

— На работе, опять же. Для себя! По-тихому. А носить сапоги по-тихому в квартире, или пальто, неразумно. Хотя, говорят, есть и такие чудаки. Поэтому — тут только тот товар, за который покупателю, если его остановят на улице, не пришьют контрабанду. Мебель собирают сами в гаражах. Технику — из запчастей, целую ее никак к нам не провезти…

— Ты чего ему поешь? — налетел на торговца книгами человек в рабочей куртке. — Сейчас окажется, что он из эндэшнков.

Не желая быть причиной конфликта, Телль тихо отправился туда, где предлагали медицинские товары.

— Витамины, биодобавки надо? — встретил его на той аллее огромный человек с крошечной сумкой на ремешке через кисть руки.

— Нет, мне нужен слуховой аппарат, — ответил, обходя его, Телль.

— Этого тут нет, — торговец раскрыл сумочку, как бы мимоходом показав лежавший там товар, достал оттуда платок и вытер им шею.

— Вообще нигде? — не хотел верить Телль.