Усевшись в свой «мустанг», он швырнул папку с бумагами на заднее сиденье, вынул из портфеля свой бумажник и вставил в него значок Паундса. В другом отделении бумажника хранилась под прозрачной пленкой его идентификационная карточка. «Сойдет», — подумал он. Если, конечно, не будут присматриваться. На значке большими буквами по диагонали было проставлено «лейтенант», карточка же идентифицировала его как детектива. Несоответствие, в общем, было незначительное, и Босха это порадовало. Можно было не сомневаться, что Паундс не скоро хватится своего значка. Он редко выезжал на место преступления, а значит, доставать бумажник и демонстрировать значок ему почти не приходилось. Более того, он мог вообще не заметить пропажи значка. И тогда Босх, попользовавшись им, незаметно вложит его в бумажник Паундса.

19

Босх приехал в офис доктора Хинойос раньше условленного времени и немного посидел в приемной. Когда стрелки на часах показали половину четвертого, он постучал в дверь и вошел.

Доктор Хинойос приветствовала его улыбкой. В это время дня солнце светило в окна ее кабинета, и она сидела за столом словно облитая солнечными лучами. Босх направился было к стулу у окна, но неожиданно передумал и сел слева от стола. Хинойос заметила этот маневр и погрозила ему пальцем, словно школьнику:

— Если вы думаете, что меня волнует, на каком стуле вы сидите, то сильно ошибаетесь.

— Думаете, я так думаю? Ну хорошо…

Он поднялся со стула и пересел на свое привычное место. Сказать по правде, ему нравилось сидеть у окна.

— Возможно, в понедельник я на сеанс не приду, — сказал Босх.

— Это почему же?

— Уезжаю. К понедельнику постараюсь вернуться, но могу и опоздать.

— Уезжаете, значит? А как же ваше расследование?

— Поездка — часть его. Я еду во Флориду, чтобы выследить детектива, который тридцать лет назад занимался этим делом. Вообще-то их было двое. Один умер, а второй переехал во Флориду. Я должен до него добраться.

— А позвонить ему вы не можете?

— Звонить не хочу. По телефону ему будет легче от меня отделаться.

Она согласно кивнула.

— Когда вы выезжаете?

— Сегодня вечером. Вылетаю прямым рейсом до Тампы.

— Гарри, вы хоть изредка в зеркало на себя смотрите? Вы выглядите как живой труп. Неужели нельзя провести эту ночь дома, а вылететь утром?

— Не могу. Я должен быть на месте до прихода почты.

— До прихода почты? Что это значит?

— Да так, ничего особенного. Вернее, это длинная история. Но как бы то ни было, я хочу попросить вас об одолжении. Мне нужна ваша помощь.

Доктор Хинойос некоторое время обдумывала его слова. Словно пыталась определить, как далеко может зайти в эти воды, не зная их реальной глубины.

— И что же вы хотите?

— Вы когда-нибудь занимались судебной экспертизой?

Она прищурилась и удивленно на него посмотрела, не понимая, к чему он клонит.

— Иногда мне привозят что-то для исследования или предлагают определить психический тип подозреваемого. Но вообще департамент предпочитает пользоваться услугами экспертов по контракту. Я имею в виду опытных экспертов-психиатров.

— Но на место преступления вы, надеюсь, выезжали?

— Увы, нет. Я обычно исследую фотографии с места преступления и на этом основании пишу заключение.

— Отлично.

Босх водрузил на колени свой портфель, открыл его, достал конверт с фотографиями, хранившимися в деле об убийстве его матери, и положил его на стол перед доктором Хинойос.

— Это фотоснимки из дела об убийстве, которым я занимаюсь. Я их, признаться, не смотрел. Не смог себя заставить. Но мне нужен человек, который мог бы заглянуть в этот конверт и дать мне отчет о его содержимом. Возможно, в этих снимках нет ничего особенно интересного, но я должен знать мнение по этому поводу компетентного человека. Видите ли, доктор, расследование, которое тридцать лет назад проводили эти два парня… Короче говоря, у меня сложилось впечатление, что они себя не слишком утруждали этим делом и расследования, по существу, не было.

— Сомневаюсь, что это хорошая идея, Гарри, — покачала головой Хинойос. — И потом, почему вы выбрали именно меня?

— Потому что вы знаете, чем я занимаюсь. Кроме того, я вам доверяю. Сомневаюсь, что в этом деле я могу довериться кому-то, кроме вас.

— Вы обратились бы ко мне, если бы знали, что я не связана моральными обязательствами по отношению к вашей особе, а следовательно, могу рассказать об этом другим людям?

Босх пристально на нее посмотрел.

— Не знаю, — наконец произнес он.

— Я так и думала.

Она передвинула конверт на край стола:

— Давайте отложим это на некоторое время и вернемся к нашему сеансу. Мне необходимо обдумать этот вопрос.

— И все же возьмите эти снимки. Можете не давать по ним экспертного заключения. Просто взгляните, хорошо? Я хочу знать, что вы почувствуете, когда их увидите. Как психиатр и как женщина.

— Хорошо, я взгляну на них.

— О чем вы хотели бы поговорить сегодня?

— О том, что было не так с этим расследованием.

— Это профессиональный вопрос? Или вам просто любопытно?