— Жив, но переехал в Венецию. Ту, что во Флориде. — Она улыбнулась, чрезвычайно довольная собой.

— Во Флориде… — механически повторил Босх. Он и не знал, что во Флориде есть город с таким названием.

— Это такой штат. Находится в противоположном конце страны.

— Я знаю, где Флорида.

— Это радует. Но проблема заключается в том, что в нашей картотеке есть только номер его почтового абонентского ящика. Мне очень жаль.

— Не сомневаюсь. Но номер его телефона у вас, полагаю, имеется?

Она скомкала сырые салфетки и бросила их в корзину для бумаг.

— В том-то и дело, что нет. Свяжитесь с отделом информации.

— Свяжусь. В вашей картотеке сказано, когда он вышел в отставку?

— Вы меня о такой информации не просили.

— Хорошо, дайте мне то, что принесли.

Босх знал, что мог бы вытянуть у этой женщины больше сведений. Наверняка в какой-нибудь папке у нее хранится нужный ему номер телефона. Но руки у него были связаны, поскольку он проводил несанкционированное расследование. Если он будет слишком сильно давить на Мону, это обстоятельство обязательно вскроется, после чего неминуемо последует приказ начальства о прекращении расследования.

Мона подвинула к нему по поверхности стола принесенную ею бумажку. Босх заглянул в листок. Там значились два старых местных адреса, номер почтового абонентского ящика Маккитрика во Флориде и название улицы в Лас-Вегасе, где сейчас проживала вдова Эно. Ее звали Олив.

Босх на секунду задумался, потом спросил:

— Когда отсылаются чеки?

— Странно, что вы задаете такой вопрос.

— Это почему же?

— Потому что сегодня последний день месяца, а всем известно, что такого рода денежные переводы осуществляются именно в этот день.

В комнате повисло молчание. Босх взял со стола бумажку с адресами и, положив ее в портфель, поднялся с места.

— Приятно все-таки иметь дело с государственными служащими в этом городе.

— Как и с представителями полицейского управления. И вот что еще, детектив. Будьте любезны, поставьте стул на прежнее место. Как я уже говорила, Кэссиди может вернуться в любую минуту.

— Разумеется, Мона. И как только я мог об этом забыть?

13

Завершив свои странствия по кругам бюрократического ада, Босх, словно одержимый клаустрофобией, вырвался на свежий воздух. Спустившись на лифте в холл, он вышел из главного подъезда здания и хотел уже было пройти на Спринг-стрит, когда стоявший у подъезда охранник предложил ему спуститься по правой стороне широкой величественной лестницы «Сити-холла», поскольку на левой ее стороне проходили в это время съемки какого-то фильма. Босх с минуту наблюдал за действиями киношников и решил перекурить. Усевшись на каменные перила напротив съемочной площадки, он достал из пачки сигарету и прикурил. Несколько актеров, изображавших журналистов, сбегали вниз по лестнице, чтобы обратиться с вопросами к двум мужчинам, выходившим из остановившейся перед ратушей машины. Пока Босх сидел на перилах и курил, киногруппа дважды репетировала и снимала эту сцену. Игравшие журналистов актеры, сбегая по лестнице, обращались к выходившим из машины людям, выкрикивая одни и те же вопросы:

— Мистер Баррс, мистер Баррс, вы это сделали? Вы это сделали?

Джентльмены молча проталкивались сквозь толпу вверх по лестнице. Потом один из актеров, играющий репортера, неожиданно споткнулся, упал на ступени и едва не был затоптан кучей своих коллег. Режиссер не остановил съемку. Должно быть, счел, что случайное падение добавит этой сцене реализма.

Босх решил, что киношники используют ступени величественной лестницы и подъезд «Сити-холла» как декорации здания суда. Мужчины, выходившие из машины, изображали обвиняемого и его высокооплачиваемого адвоката. Босх знал, что «Сити-холл» часто используют для съемок такого рода, поскольку ратуша, честно говоря, более походила на судебное здание, нежели любой муниципальный суд Лос-Анджелеса.

После второго дубля Босху надело это зрелище, и он поднялся с перил, хотя не сомневался, что за вторым дублем последуют другие. Пройдя по Первой улице, он свернул на Лос-Анджелес-стрит и направился к Паркеровскому центру. По пути у него спросили мелочь всего четыре раза, что, по меркам нижнего города, было не много и явно свидетельствовало об улучшении экономической ситуации в округе. В холле полицейского управления он миновал ряд платных телефонных автоматов, словно по наитию остановился у последнего, снял трубку и набрал номер 305-555-1212. В прежние времена ему несколько раз приходилось общаться с полицейскими из управления Метро-Дейд в Майами, и этот единственный номер во Флориде с местным кодом 305, который он когда-то знал, неожиданно всплыл у него в памяти. Когда оператор взял трубку, он спросил, как связаться с Венецией, и узнал, что код этого местечка — 813.