Читаем Последнее испытание полностью

– Ладно. Как бы там ни было, но во время отступления я добрался до Синанджу. Типично корейский городок, полный до смерти перепуганных беженцев. Поговорил с местными жителями. Похоже, никто из них и слышать не слышал ни о Ко Джонг О, ни о Сан Он Джо… Второе самое горькое разочарование в моей жизни… – Затем, взглянув на Римо, он добавил: – Нет, третье.

Римо отвернулся.

А Санни Джой продолжал:

– Ну вот, война наконец закончилась, и я отправился домой. Добрался до Голливуда и никак не мог решить, что же теперь делать. Пока я был на войне, отец мой умер. А я не смог исполнить его наказ и не нашел землю Сан Он Джо. Снова начал работать в кино. К этому времени телевидение уже достаточно распространилось, снимались бесчисленные вестерны, и я дублировал самых знаменитых актеров. Вскоре стал координатором и постановщиком трюковых съемок, а затем и сам начал сниматься в разных ролях. Кого я только не переиграл! И ковбоев, и индейцев, и шерифов! Первые свои слова произнес в звуковом фильме «Стрелок». Конечно, это были не Бог весть какие роли, и слава еще не пришла. К тому же я черт знает сколько раз падал и неоднократно ломал себе руки и ноги.

Примерно в то же время я наконец женился. Денег зарабатывал достаточно, время от времени помогал своим в резервации. Ездил туда с карманами, полными наличных, кое-что откладывал на черный день. Затем вдруг моя жена объявила, что у нас будет ребенок. О, как же я был горд и счастлив! И так надеялся, что родится сын, наследник. Что на свет появится новый Санни Джой и станет моим продолжением.

Римо вырвал из кактуса длинную иглу и стал задумчиво вертеть ее в пальцах.

– Ну, она и родила мне сына. Черноглазого, черноволосого мальчика. Меня так и распирало от счастья. Впрочем, оно оказалось недолговечным. Роды прошли с осложнениями, и жена заболела. Промучалась неделю, и ее не стало…

Римо тяжело вздохнул. Голос Санни Джоя звучал теперь печально и глухо.

– Я как-то сразу сломался. Не мог спать, почти ничего не ел. Даже думать толком ни о чем не мог. И совершенно не знал, что же теперь делать. Строил такие планы, и вдруг разом все рухнуло. И я не знал, с чего начать новую жизнь. Растить ребенка без матери мне представлялось нереальным. Ведь у меня была просто сумасшедшая работа. Вся жизнь бесконечные разъезды и съемки. Да и в резервацию возвращаться не имело смысла, разве там работу найдешь… И вот однажды ночью я сел в самолет и полетел на восток. Нашел католический сиротский приют – моя жена была воспитана в католической вере, – положил корзинку с младенцем на ступеньку у входа и с болью в сердце пошел прочь.

– И этим младенцем был я… – еле выдавил Римо.

– Ну а потом продолжил работу в кино и взял себе сценическое имя Уильямс С. Ром. Просто немного изменил название великого города note 36 . Мне почему-то казалось, что это новое имя звучит лучше. И потом не хотелось, чтоб старейшины из резервации знали, что это я. К тому же в глубине души я почему-то верил, что в один прекрасный день вернусь за своим мальчиком. Кстати, именно поэтому мальчик был назван именно так. В честь одного из основателей Рима Рема, а вместо фамилии использовал свое имя, Уильям, и еще добавил букву "С" – от Санни Джой.

– А как же меня звали по-настоящему? – спросил Римо.

– Дело в том, что жена умерла прежде, чем мы успели как-то наречь новорожденного. Вообще-то она мечтала назвать мальчика моим именем, а мне почему-то всегда хотелось, чтобы у него было свое, отдельное имя. И я частенько думал: черт возьми, если он жив, то стал уже совсем взрослым. Настоящим мужчиной!.. И имеет право назваться любым именем, каким только захочет. Он заслужил такое право.

– Так, значит, ты ни разу не пытался найти и забрать своего ребенка? – поинтересовался Чиун.

– Не знаю даже, как и объяснить… Время шло, работа отнимала уйму сил. Съемки здесь, съемки там, сплошные разъезды. Снимался в кино, потом перешел на телевидение. В основном играл злодеев в вестернах. Когда на смену вестернам пришли детективы, играл бандитов, а когда в моду вошла фантастика, переиграл несметное число разных пришельцев, инопланетян, чудовищ, да кого угодно! Режиссеры сочли, что я со своим ростом и худобой очень эффектно выгляжу в облегающем резиновом костюме, и я переиграл столько монстров, что голова идет кругом!.. Вскоре я стал одним из ведущих актеров Голливуда, можно даже сказать, звездой.

– Так это ты снимался в фильме «Море – мое единственное дитя»?

– Да. А ты смотрел?

– Нет, – ответил Римо, не вдаваясь в подробности.

Санни Джой пожал плечами и продолжил:

– Как-то раз, находясь в Италии на съемках очередного «макаронного» вестерна, я прочитал в газете о полицейском из Ньюарка, которого посадили на электрический стул за убийство. Имя его было Римо Уильямс. Мне стало ясно, что я опоздал.

– Насколько я понял, не очень-то ты и собирался… – холодно заметил сын.