Утверждение, что нехристиане «мертвы», входит в противоречие с жизнью и создает для людей определенную проблему. Многие из тех, кто никак не исповедует Христа, а порой даже и отвергает Его, выглядят вполне живыми и здоровыми: у одного — торс атлета, у другого — гибкий ум ученого, третий выглядит как киногерой. Значит ли это, что такие люди, не спасенные Христом, мертвы? Да, нам следует так считать. Ибо в сфере, где материя играет второстепенную роль (а речь идет не о теле, разуме или личностных особенностях, а о душе), они действительно мертвы. И вы сможете это проверить — они не видят славы Иисуса Христа и не слышат голоса Святого Духа, у них нет ни любви к Богу, ни осознания Его существования, они не испытывают духовных порывов плачущего, взывающего к Нему: «Авва, Отче». Что же говорить о стремлении к общению с Его народом — оно им также чуждо. Поэтому мы, не смущаясь, будем утверждать и дальше, что жизнь без Бога (насколько бы ни был физически или умственно развит человек) есть существование без настоящей жизни (ср.: 1 Тим. 5:6). Подтвердить этот парадокс — значит определить основную трагедию существования падшего человека: люди, сотворенные Богом и для Бога, теперь вынуждены жить без Него. Но так было до того, как Пастырь Добрый нашел нас.

б. Мы были порабощены

Павел не ограничивается лишь простой фразой, что мы некогда ходили[66] по преступлениям и грехам нашим. Эта древнееврейская идиома означает наши прошлые привычки или образ жизни. Но слово «хождение» предполагает (по крайней мере, для западного сознания) приятную прогулку на лоне природы, где можно всласть насладиться ее прелестями. Но таким ли было наше «хождение» «по преступлениям и грехам»? Нет, тогда все было не так. Только страшные узы, над которыми у нас не было никакой власти, сковывали нас. Что же представляли из себя эти узы? Если за маской смерти скрывается грех, то что побуждает нас ко греху, сковывая до такой степени? Ответ Павла, выраженный языком поздней церковной терминологии, звучит так: «мир, плоть и дьявол». Эти три силы контролируют и определяют жизнь человека до принятия им Христа.

Во–первых, Апостол описывает нас как следующих путями этого мира. Дословный перевод этого выражения — «согласно веку этого мира». В этом предложении сводятся воедино две идеи: «этого века» зла и тьмы (в контраст «веку грядущему», о котором говорит Иисус) и «этого мира», то есть общества, построенного без Бога, или — как мы могли бы сказать сегодня — секуляризованного общества (в противовес царству Божьему, Его новому обществу, находящемуся под Его правлением). Таким образом, эти два слова— «век» и «мир»— характеризуют социальную систему ценностей, чуждую Богу. Именно такая система преобладает в нехристианском обществе, порабощая людей. Всякий раз, когда на человечество обрушивались жестокие испытания: политическое давление, бюрократическая тирания, секуляризм (отрицание Бога), падение морали, материалистические тенденции (прославление лишь материальных потребностей), бедность, голод, безработица, расовая дискриминация или иные формы несправедливости— можно было тотчас проследить влияние Ценностей «этого века»» и «этого мира». Их влияние огромно. Люди склонны мыслить самостоятельно, но почему–то окружают себя поп–культурой телевидения и прессы, и это становится своего рода культурологическими оковами. Каждый из нас был таким, пока Иисус не освободил нас, — мы «плыли по волнам идеалов этого мира» (ДБФ).

Во–вторых, нас поработил дьявол, который называется здесь князем, господствующим в воздухе, или «правителем царства воздушного» (АГ). Слово «воздух» можно перевести еще как «туманная атмосфера». Оно символизирует тьму, которую дьявол предпочитает свету. Но вся фраза означает лишь, что у него есть команда уже упомянутых «начальств и властей», которые действуют в невидимом мире. Несмотря на то что сатанизм повсюду расцветает, в церкви сегодня не модно признавать реальность дьявола или бесов, действующих под его началом. Но ясное учение Иисуса и Его Апостолов, не говоря уже о церкви предыдущих столетий, подтверждает существование нечистых существ.