Читаем Порочность полностью

— Вон за тем поворотом есть небольшая тропинка, — сказал он, указывая подбородком на деревянный настил, начинающийся за каменной стоянкой. — Озеро находится по ту сторону леса, — он в очередной раз встречается со мной взглядом в зеркале. — Думаю, нам лучше будет разделиться. Давай ты подождёшь здесь, на случай…

— Ни за что, — даже не собираюсь дослушивать его. Я распахнула заднюю дверь и вылезла через Доминика.

— Ангел, может, хоть раз прислушаешься к нам? — начал Доминик, выходя из машины сразу следом за мной. — Мы не знаем, на что она способна прямо сейчас.

Нахмурившись, я развернулась к ним. Мокрые волосы липли к лицу толстыми прядями.

— Серьёзно? Почему бы вам самим не остаться в машине, раз уж вы ни на что не способны? Если бы вы всё сделали как надо, нам бы не пришлось сейчас гнаться за ними! — выпалила я, резко развернулась и пошла к тропинке.

Знаю, они не виноваты, но мне нужно было кого-то обвинить.

Они считали, что я слишком слабая и не смогу с ней справиться. Слишком «эмоционально вовлечена», чтобы сделать то, что нужно. Но они ошибались тогда и ошибаются теперь.

Я могла бы поднять оружие на кого угодно и, в отличие от них, я бы не промахнулась.

Раздвигая разросшиеся ветки кустарников, я пробираюсь между деревьев, не сбавляя шаг и не вздрагивая, даже когда колючие концы царапали мою кожу. Шагать по мокрой грязи было тяжело: приходилось вдвое больше усилий, чем обычно, чтобы просто идти, не падая. Я была решительно настроена дойти до конца — до этого сияющего кусочка голубого неба на выходе из тёмного туннеля.

Я слышала, как сёстры зовут меня, просят подождать. Но я не собиралась ждать. Я даже не была уверена, что иду в нужном направлении, но продолжала идти. Останавливаться нельзя. И внезапно я почувствовала его. Едва заметная вибрация под кожей, которая дала мне понять, что Трейс близко.

Позабыв про остальных, я побежала быстрее — быстрее, чем когда-либо, как бы ни уходила земля из под ног. Я пыталась ускориться, пробираясь по кривой тропе, но спотыкалась о корни, появлявшиеся словно из ниоткуда, чтобы сбить меня с ног. Но я поднималась и бежала ещё быстрее, подогреваемая мечтами о «долго и счастливо». Я никому не дам отнять это у меня, и уж точно не ей!

Впереди низко-низко, почти у самой линии горизонта, луна мелькала между деревьев. Значит, лес скоро закончится. Я бежала к ней, как грешник от своих демонов, и вылетела из леса лицом в грязь на берегу озера.

Я вглядываюсь сквозь дождь и туман в поисках Трейса. У меня перехватывает дыхание, когда замечаю две тени — два силуэта на расплывчатой линии горизонта: один стоит ровно, а другой — тот единственный, кто мне нужен, — опустившись на одно колено. Резко втягиваю воздух, делая глубокий вдох, а через нос выходят облачка пара.

До него меньше ста футов, и, хотя он стоит спиной ко мне, я уверена, что это он. Он ещё жив. Он здесь, и осознание этого заставляет меня вновь прийти в движение.

Сжав деревянный кол в руке, я вскакиваю на ноги и бросаюсь к матери. Я не позволю ей снова разрушить мою жизнь — забрать единственного, кого я люблю во всём этом проклятом мире. Нет, сначала ей придётся иметь дело со мной, а я не собираюсь уступать.

При звуке моих тяжёлых шагов и вопля, который я не могу сдержать, она развернулась, пытаясь разглядеть меня сквозь ливень. На её лице отразилось сомнение, шок, замешательство, а затем все эмоции исчезли из её глаз, когда я схватила её за плечо и вонзила кол прямо в сердце. Без слов. Без предупреждений. Без прощаний. Её тело упало к моим ногам, а я мысленно поклялась, что больше никогда не увижу этого монстра.

Мой взгляд тут же возвращается к Трейсу, и я бегу к нему, падая на колени перед ним, словно он бог, а я его раба. Его пустые глаза смотрят вперёд, не на меня, а сквозь меня.

Что-то не так. Это очень, очень плохо.

— Трейс! — мой отчаянный крик был заглушен безжалостным ливнем. Я потянулась к Трейсу, убирая мокрые пряди с лица, осторожно касаясь его раны большим пальцем. Кровь, смешиваясь с каплями дождями, текла по лицу кривыми струйками.

— Ты меня слышишь? Ответь, пожалуйста!

Тишина, никакой реакции — ни единого признака жизни в его красивых глазах.

— Что с ним такое? — закричала я, когда сёстры выбежали из леса на каменистый берег. Несмотря на то, что дождь лил как из ведра, они оставались абсолютно сухими.

— Сложно сказать, — ответил Габриэль, стоя бок о бок рядом с Домиником. Его мокрые тёмные волосы липли ко лбу, на лице застыло безнадёжное выражение.

— Может, она пила у него кровь? — предположил Доминик, зная, что укусы Воскрешённых, таких, как он сам, могут оказывать на нас странный эффект.

Я вновь повернулась к Трейсу, осматривая его шею и запястья в поисках маленьких дырочек, но ничего подобного.

— Следов нет! — паника в моём голосе нарастала с каждой секундой.