Честно говоря, меня давно раздражало присутствие женского тела в порно, что неудивительно после моих недавних антифеминистских и «антиженских» откровений. Поэтому я с удовольствием переключаюсь на «мужское» порно. Мне нравится, что в нем я могу смотреть только на мужское тело. То, что мужчины занимаются друг с другом сексом, как-то по-особенному волнует меня и в то же время оставляет равнодушной, отстраненной. Словно я наблюдаю за соревнованием пловцов, в котором мне не важно, кто придет первым. Мне важно знать другое, а именно, кто из них «мой». Я должна выбрать из них того, кто мне больше всего нравится, остановить на нем взгляд, запомнить его, пофантазировать о нем… Кстати, жаль, что меня больше не «вставляют» соревнования пловцов. Раньше, будучи подростком, я могла часами смотреть на них, а потом мастурбировать в душе и в кровати, где меня не могла контролировать мать… Она вечно пыталась вынюхать, чем я так увлечена. Словно осознавая подвох, предательство, какую-то тайну, которую я от нее оберегала, она с недоверием относилась к моему интересу. Уверена, мать чувствовала мою повышенную возбудимость, мою гиперсексуальность, и она ее пугала.

И вот я целый месяц смотрю взахлеб гей-порно: фильмы, клипы с оральным и анальным сексом, с молодыми и не очень мужчинами, жесткое, нежное, нудное, «горячее». Я просмотрела очень много. Не знаю, лучше ли это того, что у меня было, но все-таки хоть какое-то разнообразие. Один несомненный плюс моего нового увлечения: мастурбировать я стала намного меньше. Мне больше нравится просто наблюдать. Я чувствую себя антропологом, который изучает новый для него этнос. И правда, геи стали особой «народностью», которую я открыла. Жаль, что гей-порно не дает ответов на все вопросы, которые у меня возникают.

Знаете, до этого я почти не думала об этом мире, о мире мужчин, которые любят других мужчин. Я понимала, что он есть, но он всегда проходил мимо меня, он существовал в какой-то другой, параллельной мне реальности. Это была Terra Incognita, которую я и не думала открывать. Даже когда принимали этот безумный «антигейский» закон, мне было, в общем-то, плевать. Я, конечно, понимала, что это какая-то фальшь и очередной пиар Кремля на «злободневной» теме, но мне даже в голову не приходило интересоваться этим. Да и сейчас, подсев на гей-порно, я не могу сказать, что мгновенно прониклась проблемами этого меньшинства. Наверное, у них теперь не простая жизнь, но я могу об этом лишь догадываться. Возможно, я черствая эгоистка, которой наплевать на все, кроме ее порномании, но что вы хотите от больного человека? Ведь я и правда больна и считаю, что мне сначала надо вылечиться от этой зависимости, а потом уже помогать другим. И, если бы у меня, допустим, был друг-гей, или подруга-лесбиянка, наверное, я бы больше знала про это. И лучше воспринимала бы проблемы этого сообщества. Но увы, у меня нет таких друзей.

Анна выходит в свет

Видимо, гей-порно всколыхнуло во мне что-то забытое, а именно, тягу к общению. Нет, я не стала названивать знакомым (друзей у меня, боюсь, уже не осталось), мой телефон продолжает пылиться где-то под кроватью, опять, наверное, разряженный. Но мне вдруг захотелось куда-то выйти, социализироваться. А именно в ночной клуб. Мне не хочется танцевать самой, я хочу видеть, как другие веселятся. Я никогда толком не умела и не любила танцевать под эту бухающую музыку, но, признаюсь, меня волновала и до сих пор в какой-то мере волнует ночная жизнь. Я люблю, или любила бывать в этих местах. Там я познакомилась со многими своими нынешними приятелями.

Так же неожиданно, как я осознаю, что мне нравится гей-порно, я понимаю, что мне надо хоть раз в жизни побывать в… гей-клубе. 15 минут в интернете, и я знаю, куда держать путь. Там же, в интернете, я узнаю, что во многих московских гей-клубах женщины обычно платят за вход больше, чем мужчины. Забавный факт! По крайней мере, это точно так в отношении того клуба, в который я собралась.

Вызвав такси, я еду по известному мне адресу. Настоящая теплая летняя ночь, в воздухе пахнет томным возбуждением. Как будто специально таксист начинает разговор о педиках, о том, как он их ненавидит. Я молчу. Тогда он перескакивает на то, как он ненавидит хачей. «Господи, да вы хоть кого-нибудь любите?», – не выдерживаю я. «О, смотри-ка, заговорила! А я думал, немая…», – весело отзывается он и начинает говорить о том, какой молодец Путин… Я киваю якобы в знак согласия, хотя хочется заткнуть уши.