Читаем Порномания полностью

Уверена, вас веселит, а может, обескураживает тот факт, что законченная порноманка и вуайеристка читает лекции о морали и стыде. Но это так, пусть я сама нуждаюсь в помощи. Со своего дна, поверьте, некоторые вещи я вижу получше. Да и бесстрашия мне порой не занимать, по крайней мере, в таких моментах, когда мне был сделан вызов. Вы еще узнаете, на что я способна, правда, не так скоро, как хотелось бы.

М рассуждает о порно


Раньше я смотрел довольно много порно, особенно подростком. Сначала на видеокассетах, потом в интернете, уже будучи взрослым. Когда я посмотрел первый порнофильм, я, конечно же, мастурбировал.

На мое счастье, я быстро понял, что порно – это очень скучно. Уж лучше просто гулять, бродить, слоняться, как делаю я, часами таскаясь по Москве. Сегодня, наверное, очень многие люди страдают от порнозависимости, ведь порно стало таким доступным с помощью интернета. Я еще помню времена, когда не каждый мог искренне признаться в том, что смотрит порно в интернете. А сегодня спроси любого, и он без стеснения ответит и про все расскажет, или, прости господи, даже покажет, как эта Незнакомка, выложит свое или чужое видео в сеть, дескать, нате, пользуйтесь. Что-то изменилось в людях. Мне порой жалко тех времен, когда порно было чем-то запретным, возбуждающим желание посмотреть, когда многие порнофильмы были с сюжетом, а не просто fuck-fuck. Конечно, порно никогда не было искусством, но по крайней мере когда-то оно было жанром.

Анна снова философ


После рассуждений о морали и стыде я на какое-то время вообще перестаю смотреть порно. Меня отвращает от него из-за клипа, который я видела, точнее, двух клипов, про поезд и про молоко…

Внезапно под кроватью, в толстом слое пыли я обнаруживаю мобильный телефон – я им не пользовалась, наверное, минимум полгода. И здорово, хоть одной зависимостью меньше! Мной овладевает страстное желание с кем-то потрепаться. Я начинаю заряжать мобильный. Через полчаса я просматриваю записную книжку и думаю, кому бы позвонить. Скользя взглядом по именам друзей, знакомых и приятелей, я отмечаю, что среди них примерно одинаковое число мужчин и женщин. И неожиданно ловлю себя на мысли, что, наверное, я бы не сильно огорчилась, если среди них не оказалось ни одной женщины.

Но откуда у меня, самой женщины, такая неприязнь к своим «сородичам», так сказать? Неужто я так хорошо сумела постичь их природу? Ну, допустим. И еще я не в восторге от феминизма, от желания женщины быть наравне с мужчиной. Потому что женщина в глубине души жаждет подчинения, вот что я думаю. И я не собираюсь просить за это у феминисток прощения. Таково мое мнение, пока оно не изменилось и, боюсь, уже не изменится.

Вспомните все эти мифы, в которых мужской и женский архетипы дерутся за победу, словно нет ничего более важного, чем она. И все же, если бы женщины окончательно победили, не было бы это более счастливым вариантом для человечества? Ведь что скрывать, именно мужчины развязывали огромное число войн. Да почти все из них были развязаны ими! Разве не так? Тут меня нагоняет, казалось бы, парадоксальная мысль: это не мужчины развязывали войны, а женщины, сидевшие в них. Гитлер, Сталин и прочие тираны, несмотря на свою подчеркнутую мужественность, все они были бабами. Не женщинами даже, а бабами. И как я не догадывалась об этом раньше? Жаль, что приходится довольствоваться голословными утверждениями, я не специалист, не ученый, не могу ничего доказать. Так же, как в любом человеке искусства, мужчине, всегда сидит женщина, и не говорите мне, что это не так. Правда, и во всех женщинах, занимающихся искусством, тоже есть что-то от мужчины.

А вообще тирания, о которой я начала говорить, на мой взгляд, чисто женское понятие. Тирания – это слабость. И женское – это слабость. Вот почему Гитлер, Сталин, Мао ― все они были женщинами. Вот, по-моему, ключ к разгадке их натуры. Наверняка Фрейд писал что-то про это, просто я далеко не все у него читала.

И еще, если честно, мне бывают противны некоторые женатые мужчины. Такие чересчур правильные, обабившиеся, словно заразились от своих жен вирусом женскости, бабства, как хламидиозом. Хотя думают о себе как о настоящих мужчинах ― они спят с женщинами, они ходят в магазин за покупками, они ездят на машинах, они имеют семью, они воспитывают детей… Да, дети – вот еще один важный пункт. Неужели именно они ― главная причина того, что мужчины живут с женщинами?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Мы против вас
Мы против вас

«Мы против вас» продолжает начатый в книге «Медвежий угол» рассказ о небольшом городке Бьорнстад, затерявшемся в лесах северной Швеции. Здесь живут суровые, гордые и трудолюбивые люди, не привыкшие ждать милостей от судьбы. Все их надежды на лучшее связаны с местной хоккейной командой, рассчитывающей на победу в общенациональном турнире. Но трагические события накануне важнейшей игры разделяют население городка на два лагеря, а над клубом нависает угроза закрытия: его лучшие игроки, а затем и тренер, уходят в команду соперников из соседнего городка, туда же перетекают и спонсорские деньги. Жители «медвежьего угла» растеряны и подавлены…Однако жизнь дает городку шанс – в нем появляются новые лица, а с ними – возможность возродить любимую команду, которую не бросили и стремительный Амат, и неукротимый Беньи, и добродушный увалень надежный Бубу.По мере приближения решающего матча спортивное соперничество все больше перерастает в открытую войну: одни, ослепленные эмоциями, совершают непоправимые ошибки, другие охотно подливают масла в разгорающееся пламя взаимной ненависти… К чему приведет это «мы против вас»?

Фредрик Бакман

Современная русская и зарубежная проза / Прочее / Современная зарубежная литература
Салюки
Салюки

Я не знаю, где кончается придуманный сюжет и начинается жизнь. Вопрос этот для меня мучителен. Никогда не сумею на него ответить, но постоянно ищу ответ. Возможно, то и другое одинаково реально, просто кто-то живет внутри чужих навязанных сюжетов, а кто-то выдумывает свои собственные. Повести "Салюки" и "Теория вероятности" написаны по материалам уголовных дел. Имена персонажей изменены. Их поступки реальны. Их чувства, переживания, подробности личной жизни я, конечно, придумала. Документально-приключенческая повесть "Точка невозврата" представляет собой путевые заметки. Когда я писала трилогию "Источник счастья", мне пришлось погрузиться в таинственный мир исторических фальсификаций. Попытка отличить мифы от реальности обернулась фантастическим путешествием во времени. Все приведенные в ней документы подлинные. Тут я ничего не придумала. Я просто изменила угол зрения на общеизвестные события и факты. В сборник также вошли рассказы, эссе и стихи разных лет. Все они обо мне, о моей жизни. Впрочем, за достоверность не ручаюсь, поскольку не знаю, где кончается придуманный сюжет и начинается жизнь.

Полина Дашкова

Современная русская и зарубежная проза