Читаем Попса (май 2008) полностью

Советские войска вернулись в Крым в первые дни ноября 1943 года, одновременно начав штурм Перекопа и проведя Керченско-Эльтигенскую десантную операцию. Успехов они не достигли. Не пробились в Крым войска Южного фронта с территории Украины, десантники же сумели занять лишь маленький кусочек земли на восточной оконечности Керченского полуострова. На полуострове вновь наступило затишье - до апреля 1944-го.

К этому времени стратегическое значение Крыма почти обнулилось. Он остался в полной изоляции, довольно далеко за линией фронта наступающей Советской армии. Военно-морская база в Севастополе была немцам не нужна: своего флота у них не было, а советский бездействовал. С аэродромов Крыма Люфтваффе, теоретически, могли активно бомбить советские войска на юге Украины, однако для этого у немцев уже катастрофически не хватало самолетов. С другой стороны, нам для ударов по румынским нефтепромыслам крымские аэродромы уже не были сильно нужны. До этих промыслов советская авиация теперь доставала с Украины, а союзная - из Африки. Кроме того, продвижение советских войск на запад делало актуальным вопрос уже не об уничтожении, а о захвате этих нефтепромыслов. Вопрос ориентации Турции тоже был снят с повестки дня, поддерживать обреченного Гитлера она явно не собиралась. Гитлер, однако, продолжал волноваться и за Турцию, и за Румынию. Поэтому оборонявшей Крым 17-й армии, насчитывающей 7 румынских и 5 немецких дивизий (в целом - 235 тыс. человек), был отдан приказ стоять насмерть. Более того, ее даже стали пополнять, обрекая людей на верную гибель.

Советское командование могло спокойно оставить Крым в тылу, бросив все силы на захват Румынии. После этого 17-я армия капитулировала бы автоматически. Но подобный прагматизм был не в наших правилах. Кроме того, видимо, чрезвычайно сильны были соображения престижа. Очень уж это престижный объект - Крым.

Штурм Крыма войсками 4-го Украинского фронта начался 8 апреля 1944 года. Немцы ожесточенно оборонялись на хорошо оборудованных позициях (отчасти на тех, которые мы же и оборудовали, но не удержали осенью 41-го), но 11 апреля их оборона была прорвана. Ситуация 2,5-летней давности повторилась почти в зеркальном отражении. Если перекопские позиции прорваны и наступающие войска выходят на оперативный простор, оборонять Крым становится практически невозможно. Как и советские войска в октябре 41-го, немцы начали быстрый отход к Севастополю. Уже к 15 апреля передовые советские части вышли к внешним обводам севастопольского укрепрайона. Но, как и немцы в 1941 году, взять город с ходу не сумели.

11 апреля, когда советские войска ворвались в Крым, немцы начали эвакуацию из Севастополя в Констанцу своих войск, гражданского персонала и пленных. Несмотря на формально абсолютное господство на море, Черноморский флот не предпринимал практически ничего для того чтобы помешать им. После того как 6 октября 1943 года немецкие Ju87 за 20 минут потопили у крымских берегов лидер «Харьков» и эсминцы «Беспощадный» и «Способный», ЧФ, и до того не отличавшийся активностью, окончательно впал в анабиоз (его потери в целом составили 1 крейсер, 3 лидера, 11 эсминцев, 28 подлодок). Весной 1944-го наша авиация уже имела огромное количественное превосходство над немецкой, но это не прибавляло смелости флотскому командованию. Тем более что, несмотря на советское превосходство, немецкие самолеты продолжали чувствовать себя в небе довольно свободно. Подлодки, торпедные катера и авиация ЧФ, конечно, пытались атаковать немецкие конвои, но эффективность этих атак была крайне низкой, потери противника не превышали 3-4 % с оборота.

К счастью для нас, Гитлера в очередной раз переклинило: он приказал оборонять «последнюю крепость готов» (таковой ему показался Севастополь) до конца. 24 апреля эвакуация была прекращена, более того, часть войск была отправлена обратно в Севастополь (отправлять на родину продолжали только румын, полностью деморализованных и утративших даже видимость боеспособности). Накануне советские войска как раз начали штурм города. Успеха он не принес и был отложен до 5 мая. Этот штурм стал последним.

В значительной степени сражение за Севастополь так и осталось зеркальным отображением событий, но теперь уже не осени 1941-го, а лета 1942-го. Немцы оборонялись с исключительным упорством. Как и тогда, обороняющаяся сторона, уже потеряв Севастополь, продолжала держаться за мыс Херсонес.

8 мая, через два года после начала «Охоты на дроф» и за год до конца войны в Европе, даже Гитлер понял, что Крым потерян и надо спасать того, кого еще можно спасти. К этому времени, однако, немецкое управление в Крыму начало быстро разваливаться, исчезла координация между видами вооруженных сил.