Читаем Поперечное плавание полностью

— Я выезжаю в сто восемьдесят первый батальон! — бросил он начальнику политотдела. — Передай капитану Седых, пусть выдвигает второй отряд заграждения.

По дороге в батальон, вглядываясь в редеющую мглу, Корнев думал о судьбе военного человека. Около дорожного указателя «До Сибиу 20 км» комбриг велел шаферу повернуть вправо и ехать по узкой гравийной дороге. Через полкилометра въехали во двор богатого хутора. Часовой, еще издали узнав командира бригады, показал рукой на дом, в котором разместился штаб батальона. Подходя к дверям, Корнев услышал знакомый голос:

— Зачем мэдсанбат? Останусь в батальоне. Сам вынымай жэлэзки, мнэ их нэ жалко.

Не веря своим ушам, комбриг быстро вошел в помещение. В плетеном кресле полулежал Арустамов с забинтованными шеей, плечом и грудью. Около него стоял батальонный врач и уговаривал комбата скорее ехать в медсанбат.

— Зачем по радио сообщили, что убит? — сердито спросил Корнев.

Сидевший у окна радист схватил журнал радиограмм, взглянул на записи и охнул.

— Это я виноват, товарищ подполковник. Спутал цифры переговорной кодированной таблицы. Вместо ранен — получилось убит.

4

После того как 6-я гвардейская танковая армия преодолела Южные Карпаты, основные боевые действия 2-го Украинского фронта развернулись на Трансильванском плато. Маневрируя и выискивая слабые места в обороне врага, наши войска перешли 6 октября в наступление. Двадцать три дня среди холмов с рощами и садами, по долинам со множеством ручейков и в отрогах небольших гор шли упорные бои. Пройдя с боями почти триста километров, наши части к исходу 28 октября захватили три плацдарма на Тисе. На один из них навел тридцатитонный мост батальон бригады Корнева.

Нашим войскам открылся путь на Будапешт. Но сражение за него сильно затянулось. В Венгрии произошла смена правительства. Колебавшийся в своих решениях и склонный к капитуляции регент адмирал Хорти был смещен. Опираясь на немецкие войска, к власти пришел заядлый фашист Салаши. Он сменил весь состав правительства. Ему удалось организовать сильную оборону Венгрии. На подступах к ней завязались затяжные бои.

6 января 1945 года гвардейцы 7-й армии генерала Шумилова вместе с танкистами генерала Кравченко внезапно, без артиллерийской подготовки атаковали противника севернее Будапешта. Они стали успешно продвигаться вдоль левого берега Дуная, проложившего на этом участке свое русло с запада на восток и только на подходе к Будапешту повернувшего на юг. Стояла зима, но для наших солдат, привычных к холоду, прямо-таки сиротская. Лежал неглубокий снежок, речки и ручейки затянуло тонким льдом.

Наши войска подошли к реке Грон, впадающей в Дунай напротив города Эстергом. Этот город виделся в туманной дымке на правом, более высоком берегу. Железнодорожный мост через Грон был обрушен. Но по его фермам, торчащим из воды, наши передовые отряды перебрались на другой берег. Потом саперы, разобрав какой-то сарай, оборудовали пешеходный мост. 105-му понтонному батальону было приказано навести мост для танков.

Когда Корнев ночью приехал проверить, как идут работы, то был удивлен и обескуражен: все понтонные машины стояли вдоль заборов поселка на берегу Грона, а майор Гниденко спал в одном из домиков.

— В чем дело? Почему не наводите мост? — строго спросил комбата Корнев.

— А его уже наводят.

— Кто?

— Батальон бригады Борченко, приданный седьмой гвардейской армии.

— Майор Гниденко, я своего приказа о наводке моста не отменял, — сурово произнес Корнев. — Выполняйте!

Тут же как из-под земли появился начинж фронта генерал Цирлин. Он уже знал о случившемся.

Осторожно, в ночной темноте, по незнакомым улицам большого поселка понтоновозы вышли на берег. А к рассвету мост был наведен. Но утром обнаружилось, что он просматривается с купола собора города Эстергом на другом берегу, занятом немцами. Корнев решил срочно поставить вертикальные маски из веток и маскировочных сетей на мосту и подходах к нему. Но немцев, видимо, и не заботил этот мост: они были обеспокоены наступлением 3-го Украинского фронта, форсировавшего Дунай и нацелившегося охватить Будапешт с юго-запада.

Танкисты генерала Кравченко и гвардейцы генерала Шумилова все дальше уходили от Грона и продвинулись в направлении на Комарно до пятидесяти километров. В эти дни в понтонном батальоне произошла смена командиров. Через двое суток после той ночи, когда Гниденко не выполнил в срок приказ о наводке моста, приехал майор Яковлев с предписанием вступить в командование батальоном. Гниденко был отстранен и отозван в резерв фронта. Так круто поступил генерал Цирлин, возмущенный его проступком.