Читаем Полый мир полностью

— Предателя убью на месте! — Уоррен медленно обвел всех ледяным взглядом.

— Теперь я понимаю, что это мудрое решение, — продолжил По. — А вот вы, в отличие от Рена, уже успели попасться людям на глаза. И если я заберу вас обратно, если докажу всем, что вы настоящий, то весь Полый мир ляжет к вашим ногам. Настоящий дарвин, поистине уникальный человек… люди будут вас боготворить.

— И как вы собираетесь воспользоваться моей популярностью?

— Мы расскажем о путешествии во времени и о том, как вам здесь одиноко без пары — и двери ИСВ тут же распахнутся настежь. Они не смогут ответить отказом, это жестоко, а Полый мир никогда не бывает жесток к своим обитателям. Мы с вами устроим целое турне. Объедем все города, встретимся с жителями разных тектонических плит. Будет здорово. Вас полюбят — и никто не посмеет отказать вам в женщине. Иначе общество возмутится.

— Что скажешь, Эллис? — спросил Уоррен. — Хочешь стать первым послом новых Соединенных Штатов?

Эллис не нашелся с ответом.

* * *

Все жители фермы Файрстоун встали с рассветом, а Ял поднялся и того раньше. К тому времени как Декс вывел Эллиса через кухню во двор, указывая дорогу к деревянному туалету, новобранец успел растопить печь, собрать свежие яйца и начал месить тесто для маффинов. Утренний воздух встретил Эллиса холодными объятиями, вокруг было тихо и сумрачно. От покрытой росой травы пахло терпким летом. Впрочем, от туалета пахло еще сильнее.

За ночь боль от вестей о Пегги успела слегка притупиться, и жизнь стала казаться Эллису необычайно простой. Куда уж проще — сидишь с голой задницей в хлипком сарайчике, а под тобой деревянный ящик с круглой дыркой. От жесткой постели у Эллиса болела спина, и влажная прохлада покусывала кожу, хотя на дворе было лето. А каково придется зимой, когда дорожки заметет снегом и деревянный ящик замерзнет так, что на него будет невозможно сесть? Но, глядя сквозь щели между досками, Эллис пребывал в отличном расположении духа. Прошлым вечером все вокруг выглядело жутковатым и зловещим, но виной тому, скорее всего, была история о смерти Пегги и стремительный уход Пакса. Так уж устроены человеческие эмоции. Ночью все представляется в мрачном свете, а утром приходит жизнерадостный оптимизм. И при свете дня Эллис наконец признался себе в том, что у такой простой, свободной и незамысловатой жизни были свои преимущества.

По дороге к дому Эллис остановился посреди двора, чтобы полюбоваться рассветом. Вокруг щебетали птицы, квакали лягушки, легкий ветерок покачивал стебли травы. Сквозь древесную листву пробивались ослепительные лучи солнца, бросая золотые полосы на стены старого коровника. Эллису казалось, что он очутился в рекламном ролике. Теперь рядом с ним должна появиться очаровательная блондинка средних лет, завернутая в уютный кардиган и сжимающая в руках чашку ароматного кофе…

Подул ветер, и Эллис, одетый только в футболку и джинсы, поежился. Вот в чем разница между реальностью и ее копией. Полый мир подсовывал зрителю красивую картинку, зрелище и звуки, а настоящий мир затрагивал все чувства и не разделял плохое и хорошее.

У него за спиной резко хлопнула дверь. Странно, вчера она казалась совсем бесшумной.

— Пойдемте со мной, Эллис Роджерс, — сказал Боб. Судя по всему, бывшему Веду пришлось вчера трудиться при свечах: на рубашке было вышито новое имя. Он нес в руках четыре блестящих стальных ведра и бодро размахивал ими по дороге к коровнику.

— Рен учит нас, что на свете ничего не дается даром. Всего нужно добиваться собственным трудом, потом и кровью. А созидатель — это жульничество и грех. Из-за него жизнь становится слишком простой, а Господь уготовил своим детям совсем не такую долю.

— Вы верите в Бога? Как христианин?

— Я работаю над этим. Мне хочется угодить Рену, но… — Боба явно терзали сомнения. — Я прожил на свете пятьсот двадцать восемь лет. За все это время мне ни разу не приходилось сталкиваться с высшими силами, а ведь они должны лежать в основе всего мироздания. Кроме того, в большинстве учений важную роль играет жизнь после смерти, но в Полом мире люди живут вечно. Пытаюсь разобраться во всем этом, но пока что мне очень трудно. Приходится полагаться на слова одного-единственного человека.

— И на книгу.

— Да, на книгу. Вы ее читали?

— Отрывками.

— Рен читает нам по вечерам. Голо смотреть не дает. Он уже прочитал нам несколько книг, но мне пока что больше всего понравилась Агата Кристи. — Боб посмотрел на небо. — Трудно поверить в то, чего нельзя увидеть.

— Микробов тоже мало кто видел, — заметил Эллис. — Но все принимают их существование на веру. Ученые в этом смысле чем-то похожи на священников.

Боб кивнул.

— Я понимаю. Но микробы не обещают спасения от вечных мук и не требуют безоговорочной веры.

— Еще как требуют. Особенно в лепрозории.

— Где?

— Неважно.

— А еще благодаря ИСВ у всех людей развит иммунитет, и они не страдают от микробов. И не умирают. Поэтому сама идея жизни после смерти кажется… ну, глупой, что ли. — Боб нахмурился.

— Тогда почему вы здесь?