Читаем Полукороль полностью

Они втащили его на гребень, он кубарем покатился с другой стороны, проехал на спине и остановился. Кожу обжигал холод, каждый ледяной вдох был ножом в горле. Он увидел широкое лицо Ральфа с отблеском оранжевого на одной щеке, и мрачную подергивающуюся Сумаэль в свете Отца Луны.

— Оставьте меня, — попытался он сказать, но рот слишком занемел, чтобы выдавливать слова. Его зубы промерзли до корней, и изо рта вылетело лишь слабое облачко пара.

— Мы бежим вместе, — сказала Сумаэль. — Такой ведь была сделка?

— Я подумал, она закончилась, когда Тригг начал меня душить.

— О, ты так просто не отвертишься. — Она схватила его за скрюченное запястье. — Поднимайся.

Его предавала семья, собственный народ, и вот он нашел верность среди кучки рабов, которые ему ничего не должны. Он был так растроган, что захотел разрыдаться. Но у него было чувство, что слезы еще пригодятся.

С помощью Сумаэль ему удалось встать. С помощью Ральфа и Джода — ковылять, почти не думая о направлении, лишь бы тонущий «Южный Ветер» был где-то позади. В сапогах хлюпала ледяная вода, и ветер так сильно прорывался через промокшую и натирающую одежду, что казалось, на нем ничего нет.

— Вот и надо было тебе выбрать для побега самое холодное место из всех, созданных богами? — ворчал Ральф. — И самое холодное время года?

— У меня был план получше. — Было слышно, что Сумаэль тоже совсем не рада, что он полностью рухнул. — Но он утонул вместе с «Южным Ветром».

— Планы иногда должны прогибаться под обстоятельства, — сказал Джод.

— Прогибаться? — проворчал Ральф. — Этот порвался в клочья.

— Туда. — Ярви указал замороженным обрубком пальца. Впереди в ночь цеплялось чахлое дерево, на верхушке все ветки были белыми, а внизу виднелось тусклое мерцание оранжевого. Он едва смел верить собственным глазам, но двинулся в ту сторону так быстро, как только мог в этом состоянии — наполовину шагом, наполовину ползком, полностью в отчаянии. В этот миг даже мечта об огне казалась лучше, чем ничего.

— Стойте! — прошипела Сумаэль, — мы не знаем, кто…

— Нам плевать, — сказал Ральф, ковыляя следом.

В яме под скорченным деревом горел костер. Там было укрытие от ветра, аккуратно сложенные части сломанного ящика, и в середине мерцал маленький огонек. Над ним сгорбившись, раздувая его парящим дыханием, сидел Анкран.

Если б Ярви выбирал, кого спасти, имя Анкрана было бы на его губах далеко не первым. Но освобождение Ральфа и Джода означало и освобождение их напарника, а Ярви бросился бы сейчас к ногам Одема, предложи тот согреться. Он плюхнулся на колени, протягивая дрожащие руки к огню.

Джод упер руки в бока.

— Значит, это ты его развел.

— Дерьмо не тонет, — сказал Ральф.

Анкран лишь потер скрюченный нос.

— Если вас волнует моя вонь, можете найти себе костер сами.

Из рукава Сумаэль тихо выскользнул топорик, его острие поблескивало.

— Мне нравится этот.

Бывший шкипер пожал плечами.

— Тогда не пристало мне отсылать отчаявшихся прочь. Добро пожаловать в мой дворец!

Сумаэль уже взобралась по замороженным скалам на дерево и аккуратно обрубила большую ветку. Теперь она втыкала ее в землю, так чтобы маленькие веточки торчали перед огнем. Затем щелкнула пальцами перед Ярви.

— Снимай одежду.

— Любовь все еще жива! — сказал Ральф, закатывая глаза.

Сумаэль его проигнорировала.

— Мокрая одежда убьет тебя ночью так же верно, как враг.

Теперь, когда холод ослабил хватку, Ярви почувствовал свои синяки — каждая мышца ныла, голова болела, шея пульсировала там, где ее держали руки Тригга. Сил возражать не было, даже если б он хотел. Он стащил промокшую одежду, некоторые швы которой уже покрылись льдом, и приблизился к огню, насколько посмел. Почти голый, за исключением ошейника и цепи.

Ральф набросил на его дрожащие плечи старую овечью шкуру.

— Я даю ее взаймы, — сказал он, — не отдаю.

— В любом случае… очень признателен, — выдавил Ярви, стуча зубами. Он смотрел, как Сумаэль развешивает его одежду перед огнем, и та начинает потихоньку парить.

— Что если кто-то увидит свет? — спросил Джод, хмуро глядя туда, откуда они пришли.

— Если предпочитаешь замерзнуть, сиди в темноте. Ее тут полно. — Анкран пытался извлечь побольше тепла, тыкая палкой в огонь. — На мой взгляд, драка, пылающий корабль, потом тонущий корабль, уменьшат их поисковые аппетиты.

— Особенно если до рассвета мы уйдем подальше, — сказал Ральф.

— Куда? — спросила Сумаэль, присаживаясь рядом с Ярви.

Очевидным выбором был восток. На восток, вдоль берега, тем путем, что их принес «Южный Ветер». Но Ярви было нужно на запад. В Ванстерланд. В Гетланд. К Одему, к мести, и чем быстрее, тем лучше. Он глянул на пестрое сообщество, собравшееся над животворящим огнем. Их лица выглядели узкими и странными в свете костра. И Ярви думал, как он станет убеждать их идти в другую сторону.

— На восток, конечно, — сказал Ральф. — Как давно мы проплывали мимо того торгового поста?

Сумаэль некоторое время считала на пальцах.

— Пешком мы, может быть, доберемся туда за три дня.

— Это будет тяжело. — Ральф поскреб ногтями щетину на шее. — Чертовски тяжело, и…