Читаем Положитесь на Псмита полностью

— Черт возьми! — воскликнул он. — Это надо же!

— Мне тем не менее необходимы еще кое-какие пояснения.

— Замечательно складывается. — Колье?

— Нет, я о том, что найти способ, как вам проникнуть в дом, было бы очень трудно. И вот вы едете туда под видом этого поэта.

— Если, — произнес Псмит, терпеливо созерцая его сквозь монокль, — ваш бурный энтузиазм как будто не сразу передался мне, то отнесите это на счет того обстоятельства, что я не имею ни малейшего представления, о чем вы, собственно, говорите. Не могли бы вы дать мне кое-какие пояснения? Например, предположим, я соглашусь украсть колье вашей тети. Так что же я должен буду с ним сделать, когда и если оно будет украдено?

— Как что? Вручить его мне.

— Так, так. А что с ним сделаете вы?

— Вручу его моему дяде.

— А кому его вручит ваш дядя?

— Послушайте, — сказал Фредди, — может, я расскажу с начала?

— Превосходная мысль.

Скорость, с какой теперь несся поезд, понуждала вести разговор на крайне повышенных тонах, и Фредди нагнулся так, что его губы почти касались уха Псмита.

— Видите, дело вот в чем. Мой дядя, старик Джо Кибл…

— Кибл? — повторил Псмит. — Почему, — пробормотал он задумчиво, — мне знакома эта фамилия?

— Старина, да не перебивайте вы! — взмолился Фредди.

— Виноват.

— У дяди Джо есть падчерица, ее зовут Филлис, и она смылась и вышла замуж за типа по фамилии Джексон…

Псмит больше не перебивал рассказчика, но его лицо выражало все более и более живой интерес. Когда Фредди умолк, он ободряюще похлопал его по плечу.

— Следовательно, доход от этой кражи драгоценностей, если она состоится, будет употреблен на укрепление фундамента семейного очага Джексонов? — сказал он. — Я верно понял?

— Абсолютно.

— И нет опасности, извините меня за такой вопрос, что вы вцепитесь в добычу когтями и зубами, а затем используете ее для того, чтобы содержать себя в роскоши, к которой вы привыкли?

— Абсолютно никакой. Дядя Джо даст мне… э… кое-что для меня. Совсем немного, вы понимаете? Все обговорено. Вы тибрите колье и вручаете мне, я перекидываю его дяде Джо, а он его на время прячет. Скандал до небес, и дядя Джо получает перо в шляпу, обещав тете Констанции, что купит ей колье не хуже, затем он вынимает камни из оправы, отдает вставить их в новую оправу и дарит тете Констанции. Будто новое колье, если вы меня понимаете? Затем он выписывает чек на двадцать тысяч фунтов, и тетя Констанция, естественно, думает, что за колье, а он открывает для себя тайный личный счет. Посылает Филлис ее деньги, и все счастливы. Тетя Констанция получает свое колье, Филлис получает свои деньги, и ничего не меняется, только общий банковский счет тети Констанции и дяди Джо немножко усыхает. Ясно?

— Ясно. Хотя разобраться во всех этих колье не так-то просто. Пока вы рассказывали, я насчитал их что-то около семнадцати, но, видимо, ошибся. Да, мне ясно, товарищ Трипвуд, и могу сразу же сказать, что мое содействие вам обеспечено.

— Вы беретесь?

— Берусь.

— Естественно… — начал Фредди неловко, — я позабочусь, чтобы вам кое-что перепало. То есть…

Псмит остановил его укоризненным жестом.

— Дорогой товарищ Трипвуд, не надо опошлять радость нашего знакомства меркантильными соображениями. Что до меня, то счета предъявлено не будет.

— Как? Но послушайте…

— Любая помощь, которую я окажу, будет чисто любительской. Мне следовало бы сразу же упомянуть — но я не хотел перебивать вас, — что товарищ Джексон мой ближайший друг с нежного детства и что Филлис, его супруге, я обязан немногими солнечными лучами, озаряющими мое уныное существование. Я давно желал предпринять что-нибудь для облегчения их жребия и в восторге, что мне представился подобный случай. Правда, я не богат — по слухам, управляющий моего банка болезненно морщится при упоминании моей фамилии, — но все же не дошел до такой нищеты, чтобы взимать гонорар, если ради друга исполню простой долг вежливости, как-то: стибрю колье ценой в двадцать тысяч фунтов.

— Господи! Только подумать!

— Что именно, товарищ Трипвуд?

— Только подумать, что вы знакомы с Филлис и ее мужем!

— Совпадение, пожалуй, странное, но тем не менее так оно и есть. Не раз вкушал я холодный ростбиф под их кровом в воскресные вечера и весьма вам обязан за предоставление мне подобной возможности отплатить им за гостеприимство. Благодарю вас!

— Не за что, — сказал Фредди, несколько оглушенный таким красноречием.