Читаем Полиция полностью

На одной был изображен незнакомый Катрине молодой мужчина. Но она догадывалась, кто это. Она видела Силье Гравсенг всего пару раз, один из них — в Полицейской академии, когда Катрина приходила к Харри. Но родственное сходство между блондинкой Силье Гравсенг и мужчиной на фотографии было настолько сильным, что сомнений у Катрины практически не оставалось.

По поводу мужчины на второй фотографии у нее никаких сомнений не было.

Наверное, Силье нашла в Сети портрет высокого разрешения и увеличила его. На изможденном лице были видны каждый шрам, каждая морщина, каждая пора на коже. Но они были незаметны, как будто пропадали в свете голубых глаз и гневного взгляда, свидетельствовавшего о том, что он только что заметил фотографа и говорит ему, что фотоаппарату совершенно нечего делать на его месте преступления. Харри Холе. Об этой фотографии и говорили девчонки, сидевшие тогда в аудитории академии.

Катрина разделила комнату на условные квадраты и начала с верхнего левого квадрата. Она скользила взглядом по полу, снова вверх и дальше, к следующему ряду квадратов, именно так, как ее учил Харри. Она помнила его наставление: «Не ищи предметы, просто ищи. Если ты будешь искать какой-то конкретный предмет, другие вещи будут молчать. Позволь всем им поговорить с тобой».

Закончив осмотр помещения, она снова уселась за компьютер. В голове у нее по-прежнему звучал голос Харри: «И когда ты закончила и думаешь, что ничего не нашла, тебе надо начать думать инверсивно, зеркально, и позволить вещам поговорить с тобой. Тем вещам, которых там нет, но которые должны быть там. Хлебный нож. Ключи от машины. Пиджак от костюмных брюк».

Этот последний пример позволил ей сделать вывод о том, чем сейчас занимается Силье Гравсенг. Она пересмотрела всю одежду в шкафу, в корзине с грязным бельем в маленькой ванной, на крючках у входной двери, но не нашла наряда, в котором она в последний раз видела Силье Гравсенг вместе с Харри на цокольном этаже в квартире Валентина. Тренировочный костюм, черный с головы до пят. Катрина вспомнила, что тот костюм навел ее на мысли о «морских котиках» на ночном задании.

Силье была на пробежке. Тренировалась. Как тренировалась, чтобы сдать вступительные физкультурные нормы в Полицейскую академию. Чтобы поступить и сделать то, что она должна была сделать. Харри сказал, что мотивом убийств была любовь, а не ненависть. Любовь к брату, например.

Катрина среагировала на имя. Рунар Гравсенг. А когда она стала более подробно его изучать, то всплыло многое. Например, имена Бельмана и Бернтсена. Рунар Гравсенг в беседах с руководителем реабилитационного центра утверждал, что, когда он работал в полицейском участке Стовнера, его избил мужчина в маске, что именно поэтому он ушел на больничный, уволился и стал злоупотреблять наркотиками. Гравсенг утверждал, что избивал его Трульс Бернтсен и что причиной этого акта насилия стал его чересчур вольный танец с женой Микаэля Бельмана на рождественском празднике в полицейском участке. Начальник полиции отказался начать проверку беспочвенных обвинений замшелого наркомана, и руководитель реабилитационного центра поддержал это решение. По его словам, он просто решил проинформировать руководство полиции.

Из коридора донесся грохот лифта, и в этот миг взгляд Катрины упал на что-то торчащее из-под секции с ящиками письменного стола, что-то прятавшееся от нее. Она наклонилась. Черная дубинка.

Дверь раскрылась.

— Электрики закончили свою работу?

— Да, — ответил Лейф Рёбекк. — Вы что, собираетесь ею воспользоваться?

Катрина провела рукой по дубинке:

— Интересно, что такая вещь хранится в комнате общежития, вы не находите?

— Да. Я задал тот же самый вопрос, когда менял прокладку крана в ванной на прошлой неделе. Она сказала, это для тренировок к экзамену. И на случай, если явится палач полицейских.

Лейф Рёбекк закрыл за собой дверь.

— Нашли что-нибудь?

— Вот это. Вы когда-нибудь видели, чтобы она выносила ее на улицу?

— Да, было пару раз.

— Правда? — Катрина откинулась на стуле. — В какое время дня?

— Вечером, конечно. Надевала высокие каблуки, делала прическу и брала с собой дубинку. — Он тихо рассмеялся.

— Но какого…

— Она сказала, что это для защиты от насильников.

— Таскать с собой в город дубинку ради этого? — Катрина взвесила дубинку в руке. Она напомнила ей наконечник вешалки из «ИКЕА». — Проще было обходить стороной все эти парки.

— Наоборот. Она ходила как раз в эти парки. Они и были ее целью.

— Что?

— Она ходила в Ватерланнс-парк. Чтобы потренироваться в ближнем бою.

— Она хотела, чтобы на нее напал насильник, а она бы…

— Избила его вдоль и поперек, да. — Лейф Рёбекк показал волчий оскал и посмотрел на Катрину таким откровенным взглядом, что она не поняла, к кому из них относится следующая его фраза: — Вот уж дамочка так дамочка.

— Да, — сказала Катрина, поднимаясь. — А теперь я должна ее найти.

— Спешите?