Читаем Полигон смерти полностью

В отличие от всех прочих домов, здесь не было «дежурной службы». Никто не махал нам рукой и не дежурил у окна — или просто так ловко спрятались, что мы никого не заметили. Во всяком случае, Иван никак не отреагировал на такое отклонение от успевшего сложиться в городе уклада, и я подумал, что всё нормально. Сказано же было, что дом особый, «семейный», так что, возможно, здесь и порядки особые.

На просторной площадке первого этажа, выложенной хорошим метлахом, были заметны следы уборки. Судя по всему, здесь совсем недавно мыли полы, и это было удивительно, учитывая всеобщий хаос и беспорядок. В самом деле, особый дом. «Семейный».

Шаляпину, однако, такая чистота почему-то не понравилась: он принялся тревожно обнюхивать углы и недовольно фыркать, как будто учуял какие-то неприятные химикаты, неуловимые для человечьего обоняния.

На первой слева двери красовалась табличка «Аптека» и привычный символ медицины «рюмка со змеёй».

Иван сказал, что с учётом обстановки аптека наверняка закрыта, и сразу принялся стучать в дверь второй слева квартиры.

Денис из любопытства потянул ручку аптечной двери, и о чудо — дверь распахнулась!

Мы зашли в аптеку и поздоровались. За прилавком стояла высокая дородная женщина лет пятидесяти, смуглая, черноволосая, в шерстяной шали и в овчинном полушубке.

— А где Ира? — спросил Иван, с недоумением рассматривая женщину.

— Заболела, — ответила женщина. — Я за неё. Вы что-то хотели?

— Вот. — Иван положил на прилавок список. — А что-то я вас раньше не видел… Вы Ирина родня?

— Да, недавно приехала. — Женщина пробежала список глазами, открыла гроссбух с прайс-листами и, водрузив на нос очки, щёлкнула по клавише калькулятора. — Так, давайте посмотрим…

— Там на обороте записка, — подсказал Иван. — Для Иры.

Женщина перевернула лист, прочла записку и пожала плечами:

— Извините, ничем помочь не могу. И кстати, предупреждаю сразу: цены на все лекарства поднялись в пять раз.

— Это почему так?! — возмутился Иван.

— Не знаю, я всего лишь продаю. — Женщина сочувственно развела руками. — Это хозяин приказал. Но вы не волнуйтесь, если денег нет, мы возьмём бартером.

— Это как? — удивился Иван. — Типа, таблетки на патроны?

— Продукты, спиртное, оружие, патроны, золото, драгоценности, — бойко перечислила женщина. — В общем, всё, что полезное, всё возьмём, договоримся…

Тут за дверью басовито гавкнул Шаляпин, и я вышел посмотреть, в чём дело.

Шаляпин, балбес этакий, явно хотел зайти к кому-то в гости и настойчиво скрёбся в дверь второй справа от входа квартиры. Не знаю, что там было такое — может, у какой-то собачонки приключились критические дни или собачий корм по полу рассыпали, но пёс вёл себя с необычной для него развязностью, так что я не стал вдаваться в подробности, а просто взял его за ошейник и корректно, не спеша, чтобы не спровоцировать конфликт, оттащил на другую сторону площадки.

— Фу, Ляпин! Нельзя так себя вести, плохой барбос!

Особо упираться Шаляпин не стал, но подарил мне насыщенный укоризной взгляд, который можно было истолковать примерно в таком аспекте: «Да вы просто идиот, батенька! Неужели непонятно, что нам нужно как можно быстрее попасть за эту дверь?!»

Пока я воспитывал Шаляпина, Иван окончательно разошёлся во мнениях с родственницей Иры, и они с Денисом покинули аптеку.

— Что-то эта армянская родня совсем озверела, — пробурчал Иван, подходя ко второй слева от входа двери и принимаясь лупить по ней кулаком: — Ира! Открой, дело на миллион! Хватит болеть, Родина в опасности!!!

Итак, мы стояли напротив квартиры Иры Бабаян и развлекались каждый на свой лад. Иван молотил в дверь и генерировал реплики, Денис рассеяно ковырялся в носу, а я держал Шаляпина за ошейник — нашего лохматого собрата почему-то упорно влекло к той заветной двери, он всё порывался отправиться туда и продолжить свои скребущие домогательства.

И вдруг Шаляпин весь подобрался, вздыбил шерсть на загривке и тихо зарычал, вывернув шею и уставившись куда-то за наши спины.

Я обернулся и увидел, что первая справа от входа дверь медленно и неслышно растворяется и из дверной щели выдвигается чёрный ствол, хищно и целеустремлённо направленный в нашу сторону!

Выпустив ошейник из рук, я севшим голосом прохрипел «ФАС!!!» и прыгнул на Ивана с Денисом, сметая их на пол.

— Та-та-та-та-та-та… — оглушительно прогремела длиннющая очередь в полмагазина, прострачивая неровной стёжкой, забирающей вверх, стену и дверь в том месте, где мы только что стояли.

— Уррр! — басовито зарычал Шаляпин, мохнатым снарядом бросаясь к двери, откуда вёлся огонь, — мы ещё катились по полу, а он уже вцепился в кого-то, присевшего в дверном проёме и принялся яростно рвать его.

— А-а-а-а!!! — отчаянно орал стрелок в дверях. — Помо… А-а-а-а!!! Вали псину! Вали! А-а-а-а!!!

— Да как — «вали»? В сторону! — визгливо отвечал кто-то. — Сдвинься в сторону, мне не попасть…

Ловко вывернувшись из-под меня, Иван вскочил, выхватил пистолет и бросился к распахнутой двери, где самоотверженно дрался Шаляпин.