Читаем Полигон смерти полностью

Скажем так: меня это обстоятельство обескуражило и навело на нехорошие мысли. То есть если я погибну, меня вот так же бросят где попало, на улице или в каком-нибудь полуразрушенном здании. Я-то им вообще никто, пришлый, чужак. Ну и дальше по смыслу: потом меня будут грызть собаки и клевать разные хищные птицы… Брр…

— Нет, я не останусь, — категорически отказался штатский. — Можете сразу меня расстрелять, но я не останусь. Я плохо бегаю, вы же в курсе, ну какой с меня бегун? Упаду, в судорогах забьюсь, ещё потом со мной возиться придётся — подведу и подставлю всех!

А дело в том, что кому-то надо было остаться здесь и прикрыть эвакуацию.

Майор настаивал на простом решении: уходим все разом через проезд, «тяжелых» и тех, кто не может быстро двигаться, — в десантное отделение БТР, остальные под прикрытием брони дружно топают следом и по нехитрому расчёту скупо прикрывают отход (патронов осталось мало). Для невоенных уточню — иными словами, те, кто прячётся за бронёй, поочёрёдно стреляют в сторону здания ОВД, не давая засевшим там стрелкам вести прицельный огонь по БТР.

Вопрос о том, чтобы всем грузиться и ехать на БТР и таким образом значительно выиграть в скорости, даже не рассматривался. С учётом тяжелораненых под броню не влезет даже половина личного состава, так что вторую половину, которой придётся ехать на броне, почти наверняка расстреляют буквально за считанные секунды.

— А пулемёты БТР… — заикнулся было я.

— В комнате для хранения оружия, — желчно заметил штатский. — Как в любом нормальном бардаке: БТР — в парке, пулемёты и боезапас — в отделе. Инструкция, бл…!

Угрюмый был категорически против «простого решения». Я так понял, что он был местным «боевиком», плотно разбирался в военном деле, и поэтому майор, хоть и через матюки и явное нежелание, вынужден был к нему прислушиваться.

Угрюмый считал, что одновременная эвакуация всех разом и прикрытие на ходу — это дважды неправильно.

Во-первых, потому что на ходу нормально никто не прикроет.

— Через «порты» и верхние щели[7] не постреляешь: угол не позволяет, обзора нет, да и на ходу попробуй прицелься…

Про стрельбу с земли вообще говорить не приходится: люди будут бежать изо всех сил и при этом инстинктивно жаться к броне. В такой обстановке работать прицельно невозможно, если кто-то и будет стрелять, то в белый свет как в копеечку и зря жечь патроны.

Во-вторых, БТР с пехотой — это по факту одна цель, по которой можно вести сосредоточенный огонь, особенно при отсутствии нормального прикрытия. Если же оставить здесь, в фойе, группу прикрытия, это уже будет две цели с хорошим разносом по фронту. Если же рассредоточить даже двоих бойцов по простенькой схеме и правильно перемещаться, это уже будет три цели, две из которых могут целенаправленно вести постоянный беспокоящий огонь, что делает их приоритетными целями (стреляют в первую очередь в того, кто ведёт по тебе огонь, а уже во вторую очередь по инертной цели) и в итоге значительно усложняет задачи тех, кто засел в здании ОВД.

По замыслу угрюмого, БТР из проезда ДК проскочит за мэрию, оставит там пехоту, затем развернется, разгонится и рванет через площадь по крутой дуге, в верхней точке которой перекроет крыльцо ДК от огня со стороны ГОВД и встанет примерно на семь-десять секунд.

За эти секунды группа прикрытия пробежит три десятка метров от крыльца к БТР. Все прочие в это время будут из-за угла мэрии массово жечь последние патроны, прикрывая группу прикрытия (пардон за тавтологию) и неподвижный БТР.

А затем уже можно быстренько убираться за мэрию.

Вот такой план. Подъезжать вплотную к крыльцу не стоит, здесь нет места для манёвра, обратно придётся сдавать задом, а это под массированным огнём, мягко говоря, неловко и чревато.

Таким образом, по задачам выходит, что в группе прикрытия должны быть наименее раненные бойцы, с обязательным условием — «на здоровых ногах». И оказывается, что во всей толпе у нас таких всего трое: сам угрюмый, штатский и ваш покорный слуга.

Как видите, меня определили в группу прикрытия, даже не спросив на то моего соизволения. На это, впрочем, я не то что не обиделся, а даже был рад. Теперь я в боевом расчёте и меня здесь не бросят как ненужный элемент. (Диким псам и хищным птицам не вкусить моей плоти.)

Майору в этом плане не нравился момент, когда БТР придётся стоять семь-десять секунд, перекрывая крыльцо.

— Спалят, на хрен! — убеждённо заявлял майор. — Ну куда, к чёрту — десять секунд торчать на месте! А потом ещё из дуги выходить на минимальной скорости, пока разгонится… Да можно трижды хорошо прицелиться и отработать.

— Не спалят, — так же убеждённо отвечал угрюмый. — Семь секунд! Даже не десять — семь, нам хватит. Саша, ты как бегаешь?

— Как лось, — заявил я и нисколько не приукрасил.

— А стреляешь как?

— Нормально. Не мастер, но… тыл с фронтом не спутаю.

— В бою был? — с надеждой уточнил угрюмый.