Читаем Покорители полностью

Чохом, сцепив побелевшие пальцы в кулак,О подступающем судят, при дороговизнеВыводов, по притяжению жизни к нам — какПо притяжению жалости к жизни.Но, за Бодлером свои забывая года,В полночь, покуда Борей собирает трофеи,Уединенье, как внял ты, приятней, когдаЕсть кто-то рядом… Подъёмная сила идеиНе увлекает в зенит. И, на что ни грешиС горечью, всё разрешается спазмою млечной,Ведь у прокравшейся кротко по краю душиНет ни лукавства, ни умысла нет — в быстротечнойТочности выбора, ибо, дичась, и судьбаДелает выбор… Рядясь в отслужившую нанку,Что облюбовывает, забурев, голытьба,Пасмурней возраст и вывернутый наизнанку,Словно чулок, открывает испод. Как ни пьём,Злей пробуждение и беспробудней невежда,Ровно не ведая, что умирают в своёмВремени, ибо в чужом — остаётся надеждаНа невозможное… Но, демонстрируя нрав,«У-у-у, меднолобого», лишь переводят дыханье,Зубы в душевной изжоге до скрежета сжав,Ведь, накипев, монолог монолита — молчанье,Если б не он, чумовой, в полувеке отсель,От-ра-да юности, в пику достойным примерам,Пьян, в категории императива, бордельЯростней за полночь — в противоборстве с Бодлером,И по сю пору знойно поющим бедламВ сей вакханалии плоти, пока в укоризнеНедостижимому смерть открывается вамЛишь в полноте полновесной по-вешнему жизни…Не греши отрешением от мелочей — за спинойУ любви, что дерзит обыдёнщине, на полпутиК отемненью ума… Под заносами снов, дубликатПреисподней — предместье, взбивающее вороньёНад промозглыми кровлями, всё сокрушительней в них,Мелочах… Бездна без содержания, замкнут в себеДень мой, что, в расслоении слова, заждался меня,Как этюдник — колодника, как подмастерья — верстак,Задубев. И порой ничего прозорливее нетСлепоты ясновидца, что перенимает чертыПестуна… Я не помню, преследуем слякотью, чемЯ живу и, с заочною родиной в горних, зачем.В безразличье, не пылкое лето — глухая зимаНа душе; и хандра, что идёт, посвежевшая, в рост,В скопище лит. скопцов, обирающих жизнь, не даётОтдышаться, как ни увлекаем иными в тщету… от себя…Отступающий в неврастению, как в нишу, глазаПрикрывает брюзга и в лицо ортодокса в упорНеотрывно глядит, словно тянется ввысь, озерцоИз студёного сна, что слезинка — пространство, свежо…Обращая к себе, сокрушительнее тишинаИз окна и дороже, в её модуляциях, нет,Чем приветить приветные в ней проливные чертыНеизменной предстательницы за любого из нас.
Перейти на страницу:

Похожие книги

Полтава
Полтава

Это был бой, от которого зависело будущее нашего государства. Две славные армии сошлись в смертельной схватке, и гордо взвился над залитым кровью полем российский штандарт, знаменуя победу русского оружия. Это была ПОЛТАВА.Роман Станислава Венгловского посвящён событиям русско-шведской войны, увенчанной победой русского оружия мод Полтавой, где была разбита мощная армия прославленного шведского полководца — короля Карла XII. Яркая и выпуклая обрисовка характеров главных (Петра I, Мазепы, Карла XII) и второстепенных героев, малоизвестные исторические сведения и тщательно разработанная повествовательная интрига делают ромам не только содержательным, но и крайне увлекательным чтением.

Георгий Петрович Шторм , Станислав Антонович Венгловский , Александр Сергеевич Пушкин , Г. А. В. Траугот

Проза для детей / Поэзия / Классическая русская поэзия / Проза / Историческая проза / Стихи и поэзия
Мудрость
Мудрость

Широко известная в России и за рубежом система навыков ДЭИР (Дальнейшего ЭнергоИнформационного Развития) – это целостная практическая система достижения гармонии и здоровья, основанная на апробированных временем методиках сознательного управления психоэнергетикой человека, трансперсональными причинами движения и тонкими механизмами его внутреннего мира. Один из таких механизмов – это система эмоциональных значений, благодаря которым набирает силу мысль, за которой следует созидательное действие.Эта книга содержит техники работы с эмоциональным градиентом, приемы тактики и стратегии переноса и размещения эмоциональных значимостей, что дает нам шанс сделать следующий шаг на пути дальнейшего энергоинформационного развития – стать творцом коллективной реальности.

Дмитрий Сергеевич Верищагин , Александр Иванович Алтунин , Гамзат Цадаса

Карьера, кадры / Публицистика / Сказки народов мира / Поэзия / Самосовершенствование