Читаем Поиск вслепую полностью

— У Козо в городе свои люди. Петросьян начнет вынюхивать, кто уделал его ребят вчера вечером. Люди Козо могут ненароком упомянуть ваше имя. А Петросьян — крутой парень.

— Как-нибудь выпутаюсь.

Блейк кивнул:

— Мы предполагали, что вы так скажете. Поэтому и задались вопросом, как вы отреагируете на кое-что еще. Предположим, через Козо Петросьян заполучит не ваши имя и адрес, а имя и адрес вашей подруги?

— Не могу поверить, что они так действуют, — сказала Джоди.

Они сидели у нее на кухне. После ухода Блейка и Ламар Ричер сразу поехал на Манхэттен. Джоди вернулась домой в шесть утра и обнаружила, что он ее ждет в гостиной.

— Их загнали в угол, — заметил Ричер. — К тому же они заносчивы и любят выигрывать. Я должен звонить им в восемь утра.

— Может, они блефуют? — предположила Джоди.

— Безопаснее думать, что нет.

— Почему их загнали в угол? Почему они угрожают?

— По многим причинам. Я расследовал пару дел о сексуальных домогательствах и имел достаточно высокое звание, чтобы те, кто сейчас служит, были мне кое-чем обязаны.

— Так что же нам делать?

— Я мог бы устранить Петросьяна.

Она пристально на него посмотрела и покачала головой:

— Чего они добиваются на самом деле? Может, женщины здесь вообще ни при чем. Может, дело в Петросьяне. Возможно, это умный и скользкий тип, и ему нечего пришить. И Козо, может быть, использует Блейка и Ламар, чтобы натравить тебя на Петросьяна. Они знают — если пригрозить, что напустят его на меня, первой твоей мыслью будет его убрать. Петросьян просто исчезнет, и никакие ниточки не приведут к ФБР. Может, тебя хотят использовать как наемного убийцу?

— Тогда почему меня прямо не попросили об этом?

— Это было бы незаконно на все сто процентов. Но ты не должен этого делать. А то до конца жизни будешь в их власти.

Ричер прислонился к оконной раме и посмотрел вниз на улицу.

— Ты здорово влип, — произнесла Джоди. — Мы оба влияли. Так что же ты собираешься делать?

— Подумать. У меня есть время до восьми. Наверняка я знаю лишь то, что не могу сидеть в Квонтико, штат Виргиния, оставив тебя без защиты в одном городе с Петросьяном.

После ухода Джоди Ричер полчаса обдумывал положение. Затем двадцать минут говорил по телефону. Без пяти минут восемь он набрал номер Ламар. Она ответила после первого гудка.

— Я согласен, — сообщил Ричер. — Без особого восторга, но все сделаю.

— Возвращайтесь домой и соберите вещи. Нам надо в Виргинию. Я заеду за вами ровно через два часа.

— Не нужно. Встретимся в аэропорту.

— Мы не летим.

— Не летим?

— Нет. Я никогда не летаю. Поедем на машине.

Ламар подъехала минута в минуту на новом блестящем «бьюике».

— Где ваша сумка? — спросила она, когда Ричер сел в машину рядом с ней.

— У меня нет сумки, — ответил он.

Складную зубную щетку он прицепил к внутреннему карману. Ламар отвернулась, словно ей стало стыдно за род человеческий, и вырулила на дорогу.

— Вы никогда не летаете?

— Много лет назад летала. Но теперь не могу.

— Почему?

— Фобия, — ответила Ламар. — Я боюсь, вот и все.

— Вероятность убиться на машине в миллион раз выше.

— Понимаю, по статистике это так.

— Значит, ваш страх иррационален. В Бюро много иррационально мыслящих агентов?

Ламар не ответила, только ее бледные щеки слегка зарделись.

— Нам нужно поговорить, — заявила она.

— Так говорите. Расскажите мне о своем колледже.

— О колледже говорить не будем. Поговорим об убийствах.

Ричер улыбнулся:

— Но вы ведь учились в колледже?

— В Университете штата Индиана.

— Специализировались по психологии?

Ламар отрицательно покачала головой:

— По декоративному садоводству, если уж вам так нужно знать. Профессиональную подготовку я получила в Академии ФБР в Квонтико.

— Декоративное садоводство? Неудивительно, что ФБР в вас вцепилось.

— Надеюсь, Ричер, вы чувствуете себя героем, отпуская шуточки, пока погибают женщины. В Министерстве обороны насчитали девяносто одну женщину, соответствующую той же группе, что и жертвы убийства. Моя сводная сестра — одна из оставшихся восьмидесяти восьми.

Ричер замолчал и посмотрел в окно. Ламар ехала быстро.

— Виноват. Вы, должно быть, из-за нее переживаете, — сказал он.

Скоро они были уже в Нью-Джерси. Дорога была мокрой, впереди виднелись серые тучи. Они ехали навстречу грозе.

— Давайте обсудим убийства, — повторила Ламар. — Места, очевидно, выбираются произвольно, а вот круг жертв весьма специфичен. Преступник выслеживает конкретных жертв. Все убиты у себя дома. Во всех случаях это собственный дом, стоящий более или менее на отшибе.

— А как с мужьями и родственниками?

— Каллен была разведена, детей не имела. У Кук были любовники, детей она тоже не имела. У Стенли не было никого.

— Вы проверили мужа Каллен?

— Само собой. Но он вне подозрений — у него алиби. А после убийства Кук стало ясно, что это серия, и мы убедились, что ии муж, ни любовник тут ни при чем.

— Думаю, да.

— Первый вопрос: как преступник проникает в дом? Никаких следов взлома — ему открывают, он входит.

— Вы считаете, что он сначала вел наблюдение? Что-нибудь обнаружили на месте? Гору окурков и жестянок из-под содовой у ближнего к дому дерева?