Читаем Поиграем полностью

— Мне пора идти. — Мне нужно время, чтобы взять себя в руки. Но, не желая, чтобы Эйдан подумал, что я снова бегу, пристально посмотрела на него. — Значит, скоро увидимся?

Понимая, что мне нужна передышка, он сказал:

— Непременно.

Прощаясь с Сильвией, я вышла из кафетерия с Джен.

— Мы бы подошли раньше, — сказала Джен, — но ты плакала в его объятиях. Ты же в порядке, правда?

Я слабо улыбнулась ей.

— Возможно.

— Он волнуется о тебе.

Я хотела этого. Отчаянно.

— Мы почти не знаем друг друга.

— Это не меняет реальности, — она сжала мое плечо. — У тебя все будет хорошо, Нора…

Тем не менее в эту ночь, пытаясь заснуть, не могла не думать о том, насколько уязвимой я сделала себя для мужчины, которого в действительности не знала. Рядом с ним, эти опасения исчезли, но позже, когда я осталась в одиночестве, размышляя об этом, они вернулись обратно.

И все же… было не только опасение. Ощущалось и облегчение.

Облегчение, которого я уже и не ожидала почувствовать.

Я выплеснула всю пакость, что когда-либо совершала, и Эйдан не убежал. Он держал меня успокаивая; смотрел на меня, будто я не была ужасным человеком.

Моя привязанность к нему усиливалась, как и привязанность к Сильвии. И это, я понимала, было невероятно опасно. Так же, как и моя привязанность к детям в больнице, некоторые из которых были там временно. Проведенное с ними время, в лучшем случае — акт доброты, в худшем — акт самобичевания.

Но позволить себе влюбиться в Эйдана Леннокса, когда он сам уязвим, было мазохизмом. Он был мужчиной с огромной жизнью вне меня, и, как только Он придет в себя, перестанет чувствовать одиночество, то естественно, маленькая Нора О'Брайен из города Ниоткуда, штат Индиана, останется позади.

Дверь в магазин открылась, и, будто его призвали мои мысли, вошел Эйдан. Мое сердце забилось быстрее, когда он закрыл за собой дверь и уставился на меня.

И я знала, что мое самобичевание не закончилось.

Я не могла убежать от него.

Я этого не хотела.

Труднообъяснимое притяжение между нами, потянуло меня к нему, а его ко мне. Мы встретились в середине магазина. Как только я появилась в пределах досягаемости, он положил руку на мою талию, привлекая еще ближе. Дыхание сбилось, когда наши глаза встретились, и мне потребовалось несколько секунд, чтобы найти возможность спросить:

— Что ты здесь делаешь?

— Я хотел тебя увидеть. Убедиться, что ты в порядке.

Я положила руку на его ладонь, ту, которая лежала у меня на талии и кивнула.

— Я в порядке.

Он нахмурился, подняв свободную руку, чтобы погладить большим пальцем мою щеку, из-за чего у меня задрожали колени.

— Я не мог заснуть прошлой ночью, беспокоясь о тебе.

И я видела. Как бы ни старалась этого не замечать.

Я видела, что он хотел меня… как и я хотела его.

Я боролась с собой, думая, что он должен уйти, но хотела, чтобы он остался. Больше всего я не хотела причинять ему боль. Еще раз.

Однако, возможно, дружба была ключом ко всему. Мы могли быть друзьями, не превращая отношения во что-то болезненное, когда все между нами неизбежно закончится. С дружбой я могла бы выжить. Мы оба могли.

— Эйдан, я…

— Ох, хорошо, что в магазине не пожар, — голос вошедшего босса сломал момент.

Брови Эйдана сошлись, как будто он знал, что я боролась с собой, и та сторона, которую он считал проигрышной для себя, выигрывала у меня.

— О, привет.

Лиа остановилась рядом с нами, и я осторожно высвободилась из рук Эйдана. И нахмурилась, когда увидела, как Лия жадно смотрит на него. Мне стало жалко ее жениха.

— Я босс Норы — Лиа, — она протянула руку, кокетливо улыбаясь. — Ты тот мужчина с шикарным голосом с прошлой недели?

Эйдан бросил на меня хмурый взгляд.

— Нет.

Спасибо, Лия.

— Это был Родди, — я посмотрела на Эйдана. — Лучший друг Джима.

Прежде чем он успел отреагировать, Лиа рассмеялась.

— Кто же знал, что ты прячешь всех таких роскошных мужчин, Нора, — она укоризненно потрясла указательным пальцем передо мной, как непослушному ребенку, а затем повернулась к Эйдану. — Я не услышала твоего имени.

— Эйдан, — он коротко кивнул и отступил назад, его взгляд остановился на мне. — Это не конец, Пикси.

Решительное выражение на его лице заставило застыть на месте, но в душе я продолжила бороться с собой и с тем, чего хотела. Потому что, клянусь богом, каждый раз, когда этот мужчина называл меня Пикси, я хотела показать ему, насколько могу быть озорной.

* * *

Дом в Сайтхилл вернул меня в воспоминания о моих первых нескольких месяцах в Шотландии. Те дни казались такими давними, хотя в действительности прошло немного времени. Но теперь они чувствовались, словно принадлежат другому человеку.

Энджи открыла дверь. Седина в ее темных волосах была закрашена, и теперь они прекрасно выглядели, макияж был безукоризнен, как и одежда. Она выглядела старшей версией Сеоны, и была все еще очень привлекательна. Однако в ее глазах поселилась печаль, которой не было, когда мы только познакомились. Она потеряла своего мужа, а затем и сына.

Ее частички просто… исчезли.

— Я так рада, что ты пришла, — Энджи обняла меня так крепко, будто боялась, что я исчезну, если она отпустит.

— Я тоже.