Читаем Погоня полностью

Мы приехали прошлой ночью и начали оттягиваться по полной: мы были близки на бильярдном столе и на кровати королевского размера. А в завершение мы свернулись калачиком в постели и запоем смотрели сериал про детоубийц. Саммер согласилась посмотреть его со мной в обмен на… Ох. Я даже думать об этом не хочу. Но у меня был выбор: смотреть с ней последний сезон «Холостяка» или отказаться. Так действует на меня Саммер. Моя первая реакция – удовлетворять все ее просьбы, потому что я хочу сделать ее счастливой.

Последние три недели мы проводили вместе практически круглые сутки. Она спала у меня. Заставила косметикой мою полку в ванной. Каждое утро ворошила свою постель, чтобы все выглядело так, будто она по-прежнему ночует у себя. Я думаю, это ради Хантера, но он же не идиот. Все понимает.

Не важно, насколько тихо, как нам кажется, мы занимаемся сексом, я не сомневаюсь, что и Хантер, и Холлис прекрасно знают, что мы спим вместе.

Но кроме варианта съехать самому или попросить сделать это Саммер, я не знаю, как еще наладить отношения с Хантером. И сейчас мне нужно сосредоточиться на том, чтобы произвести впечатление на Камаля Джайна.

– Саммер, – ворчу я, – твои три минуты истекли. Я знаю, что нам достаточно лишь спуститься, но вряд ли всем понравится, если мы опоздаем на…

Мой голос обрывается, а все связные мысли вылетают из головы.

Гардеробная Саммер – это явно магический портал. Она зашла туда в спортивных штанах, шерстяных носках и одной из моих хоккейных толстовок.

А вышла в облике богини.

Изящное серебристое платье облегает ее тело, подчеркивая каждый соблазнительный изгиб. Разрез доходит до бедра, открывая длинную загорелую ногу, а серебристые туфли на шпильках добавляют еще четыре дюйма ее и без того высокому росту. Ее золотистые волосы собраны в элегантный пучок, скрепленный затейливой заколкой, которая сверкает под светом люстры. Мне требуется мгновение, чтобы понять, что украшение для волос усыпано бриллиантами, отсюда и ослепительный блеск.

Саммер замечает выражение моего лица. Макияж у нее естественный, если не считать ярко-красных губ, изогнутых в улыбке. Это чертовски сексуально.

– Тебе нравится? – Она кружится, и ее мерцающее платье обвивается вокруг лодыжек.

– Мне нравится, – хрипло отвечаю я.

– Как сильно? – Она кладет руку на талию, выгибает бедро и отставляет ногу в позе, которая заставляет меня стонать. Мой член дергается при виде ее бедра, открытого в разрезе платья.

– Сильно. – Я откашливаюсь. – А что скажешь про меня?

Она оглядывает меня с головы до ног. Совершенно напрасно, если учесть, что сама же все до ниточки и выбрала, начиная с туфель от Тома Форда и заканчивая накрахмаленным черным пиджаком и темно-синей рубашкой, на которой оставила расстегнутой лишь одну верхнюю пуговицу. Саммер сказала, что хоть моя татуировка на груди и выглядит сексуально, сегодня демонстрировать ее ни к чему. Видимо, ей уже доводилось бывать на мероприятиях по сбору средств на борьбу с лейкемией (и почему я не удивлен?), и она предупредила меня, что толпа будет изобиловать стариками с бездонными карманами… И очень ограниченными умами.

– Ты выглядишь круто, малыш. Супер профессионально. О, и сексуально.

– Замечательно, – смеюсь я. – Сексуальность – то, что мне нужно. Я планирую переспать с Камалем Джайном, чтобы получить эту работу.

– Расскажешь потом, как все прошло.

В пентхаусе есть лифт с управлением при помощи ключа, к которому имеет доступ только семья Саммер. По пути вниз она вынимает из серебристого клатча телефон и открывает «Инстаграм».

– Сделаем селфи, – заявляет она и в следующую секунду затаскивает меня в кадр и отщелкивает дюжину наших фоток.

– Негодница, – говорю я ей, потому что она знает о моей ненависти к селфи.

– Сочту это за комплимент, – лучезарно улыбается она мне.

– Это он и был, – фыркаю я.

Мы выходим в вестибюль. Каблуки Саммер стучат по мраморному полу, пока мы его пересекаем. «Хейворд Плаза» – самый шикарный отель, который я когда-либо видел. В голове не укладывается, что однажды Саммер унаследует его.

Она улыбается и машет консьержу:

– Добрый вечер, Томас!

– Добрый вечер, мисс Саммер, – тепло улыбается в ответ седовласый мужчина. – Постарайтесь сегодня не слишком бедокурить, ладно?

Я хихикаю себе под нос.

– Томас работает здесь более двадцати лет, – объясняет она, когда мы входим в другой коридор, в котором находится еще один лифт.

– Правда?

Она кивает.

– Он устроился на работу, когда я была ребенком, так что, можно сказать, росла у него на глазах.

– А-а. Так он был свидетелем всех твоих преступлений.

– О да. Мы с подругами из Гринвича любили тайком приехать в город и заглянуть в отель, и мне казалось, что несколькими сотнями я покупаю его молчание. – Она скорчила возмущенную гримаску. – А потом я узнала, что он вел двойную игру.

– Сливал все твоим родителям, да? – фыркаю я.