Опускаю взгляд и замечаю красные брызги на льду. Моя кровь, а Хантер при этом не потерял ни капли. Но я с удовлетворением отмечаю, что его щека начинает опухать. Завтра у него будет синяк. У меня разбита губа. Не лучший исход, но, по крайней мере, я постоял за себя.

– Извини, приятель. – Встречаюсь я глазами с его суровым взглядом.

Похоже, он скрипит зубами, потому что желваки на его скулах ходят ходуном.

– Хорошо. – Он пожимает плечами. – Раз ты искренне просишь прощения.

– Искренне.

Мы сверлим друг друга взглядами. Хантер двигает ногами, чтобы отъехать, и старшекурсники готовятся снова разнимать нас. Но он не бросается вперед, а откатывается назад на несколько шагов, задумчиво глядя на меня.

Затем он еще раз пожимает плечами и разворачивается, оставив свою спортивную экипировку разбросанной на льду. Оглядывается на меня через плечо.

– Не волнуйся, Фитц. Я переживу это.

Но я в этом не уверен.

27

Фитц

Три недели спустя

Шесть полуголых футболистов соревнуются в тверкинге под композицию «It’s Raining Men», грохочущую из беспроводных динамиков.

Нет, это не пошлая шутка.

Это то, что мы с Холлисом увидели по возвращении домой морозным утром вторника. Мы только что закончили тренировку, а потом позавтракали в закусочной в Гастингсе, потому что Саммер сказала, что наша столовая и гостиная потребуются ей для проведения последней примерки.

При виде происходящего у Холлиса отвисает челюсть.

– Мы домом ошиблись? – спрашивает он меня.

– Да, Рекс! – кричит Бренна со своего места в кресле. Она размахивает в воздухе долларовой купюрой, в то время как Саммер и незнакомая мне девушка неудержимо смеются на диване.

Звезда футбольной команды Брайара трясет задницей, а затем танцующей походкой приближается к Бренне и продолжает шоу у нее на коленях.

– Нет, – бормочет Холлис. – Нет, нет, нет.

Через секунду он уже отключает динамики от музыкального центра.

Музыка смолкла.

Рекс прерывает танец в самом разгаре. Сначала здоровяк выглядит разочарованным, но потом замечает меня в дверях и говорит:

– Фитцджеральд! Ну как тебе? – Указательными пальцами обеих рук он тычет в свои плавки.

Ну, фактически это не просто плавки, а элемент коллекции купальников «Летняя любовь». На Рексе темно-синие трусы с серебряными полосками по бокам, и когда он делает оборот вокруг себя, я улыбаюсь при виде вышитой на заднице буквы «С».

– Мило, – говорю ему. Но это купальный костюм, а я в них совершенно не разбираюсь. Уже пять лет ношу одни и те же шорты.

Саммер закатывает глаза.

– Не обращай на Фитца внимания. Он ничего не понимает в моде. – Она встает с дивана и подходит к Гриеру Локетту. – Замри на секунду. С этим швом что-то не так.

А затем моя девушка опускается на колени перед мотней другого парня и начинает ласкать его.

– Саммер, – вежливо окликаю я.

– Да, милый? – поднимает она голову от паха Локетта.

– Тебе помочь подрочить ему?

Рекс и остальные разражаются хохотом. Саммер показывает мне средний палец, и у меня отвисает челюсть, когда она обвивает Локетта рукой и похлопывает по заднице.

– Ладно, снимай их и надевай свою одежду. Мне нужно распороть и перешить это.

Локетт хватается за резинку трусов.

– В ванной! – вскрикивает она, прежде чем он успевает сдернуть с себя плавки. – Господи!

– С тобой даже пошутить нельзя, – надув губы, Локетт выходит из гостиной.

– Остальные тоже могут переодеваться. Все выглядит отлично. – Она поворачивается к Рексу, которого, как мне известно, неофициально считают главным нападающим команды. Их квотербек, Расс Уайли, может быть и зовется капитаном, но про него ходят слухи, что он самовлюбленный тип. Рекс же всем нравится.

– Значит, на следующую неделю все в силе? Показ начинается в девять, но мне нужно, чтобы вы появились минимум на час раньше.

– Не волнуйся, милашка. Будем вовремя как стояки.

– Как штыки, – подсказывает сидящая на диване подруга Бренны.

– Одри, – Рекс пригвоздил ее к месту взглядом, – когда я говорю «стояки», это не оговорка.

Она фыркает и снова утыкается в телефон.

– Ты уверен, что успеете по времени? – настаивает Саммер. – Я слышала, Бибби упоминал что-то о тренировочном сборе, но разве сейчас не межсезонье?

– Так и есть, – ворчит Бибби.

Джулс, еще один ресивер, закатывает глаза.

– Тренер заставляет нас посещать эти сраные чудо-юдо тренировки, потому что мы расклеились в плей-офф.

– Потому что Уайли расклеился в плей-офф, – поправляет Локетт, имея в виду их квотербека.

Не могу не заметить разочарования на их лицах. На протяжении многих предыдущих сезонов футбольная команда Брайара занимала низшие строчки рейтингов. Тот факт, что в этом году они так высоко поднялись и в постсезоне сразу же скатились обратно, должно быть, сильно удручает их.

– Он считает, что между нами нет взаимного доверия, – говорит Джулс и пожимает плечами. – Поэтому нас приговорили к пяти дням принудительной дружбы.

– Пять дней? Это дикость, – вскидывает брови Бренна.