Читаем Поезд полностью

К двум таким вагонам сейчас и приблизились Магда и Елизар. Без маршрутных досок – фризок вагоны внешне походили на множество других своих собратьев, что высились на путях. С этими фризками постоянные неприятности: срывают их при мойке мохнатые барабаны, ищи потом. Только что за пятерку вернут ее мойщицы, а фризка числится на балансе, за нее отвечать придется. Вот и снимают ее проводники перед мойкой, если не забудут. Кому охота пятерик отстегивать; и без того в парке обирал больше, чем шпал…

Магда поднялась на носки и постучала кулаком в глухую дверь. Подождала недолго, подобрала лежащий у ног кусок щебенки и шандарахнула о боковину. Дверь соседнего вагона приоткрылась, и в проеме показалась взъерошенная башка молодого человека.

– Лезьте ко мне, – предложил молодой человек после короткого приветствия. – Сосед побежал с маршрутным листом, я приглядываю.

Магда проворно взобралась на площадку, протянула руку, приняла у Елизара поклажу. Следом взобрался и Елизар. Толкнул дверь, глянул в коридор: вагон плацкартный, его. Магда подобрала сумку и тамбуром ушла к себе, в купейный…

– Ты, что ли, меня подменяешь? – спросил Елизара молодой человек.

Елизар молча шагнул в служебное купе и поставил на пол вещи. И так ясно, что он подменяет, тратить слова впустую ни к чему. Вдобавок Елизар давал понять молодому человеку, что он нравом строгий и вагон принимать будет всерьез… Служебное купе было завалено одеялами, ящик с помидорами стоял на столе, придавив собой разбросанные монетки; всюду грязь, пыль.

Елизар решил было перенести свой портфель в коридор. Но там какая-то тетка в военных галифе подметала пол. Отодвинув дверь, Елизар сунулся было в подсобку, но и она занята: кто-то в рабочем комбинезоне, отгородясь спиной от двери, мыл в раковине стаканы…

– Рано заявился, – буркнул взъерошенный молодой человек. – Только вагон обрабатываю. На семь часов опоздали, вот и попал в штопор: пришлось кликнуть специалистов из «Северных зорь». – И он общим кивком повязал тетку в галифе и того, из подсобки.

– Недорого стою, – игриво произнесла востроухая тетка. – Не обеднеешь.

– Все равно платить, – рассудительно ответил молодой человек.

– Мало привез? – словоохотливо подстегивала тетка. – А то дай помидорку – и квиты.

– Вадиму витамины самому нужны, поистощал в пути Вадим, – сам о себе позаботился молодой человек.

Елизар продолжал хмуриться. Он понимал: причины у этого Вадима серьезные. Любое опоздание уменьшает время обработки вагона перед обратным рейсом. А выбитую из графика бригаду уборщиц уже никакими посулами не вернуть в опоздавший состав, к ним уже другие составы подвалили. Вот и трудятся «специалисты», названные в шутку «Северные зори» – алкаши, бомжи и прочая околовокзальная знать. С кем деньгами проводники расплачиваются, кого порожними бутылками приваживают, в зависимости от уговора. Крутой заработок имеет ранний алкаш, благо поезда его не подводят, частенько запаздывают, знай поворачивайся. Иной раз и выпить некогда, не то что сбегать поставить свечку тем благодетелям, что поезда из графика вышибают…

Тетка в галифе опустила в бездонный карман случайную бутылку и оглянулась.

– Видел, видел! – оповестил Вадим. – В счет впишу. Небось специально натянула штаны с ушами!

– Ох и зыркает, – добродушно ответила тетка. – Буржуй недобитый. Ладно, приканай к аванцу.

– У меня аванс и получка вместе. В ногу со временем иду, – ответил Вадим. – Вытряхнуть бы твое галифе, представляю, сколько добра там спрятано, – Вадим заговорщицки подмигнул Елизару, призывая его повеселиться, чего хмуриться-то?

– Ты вот что, любезный, – Елизар несет службу и от своего не отступит. – Сдавай по ведомости. Нечего время тратить. На посадку потянут по расписанию, никто с твоим опозданием не посчитается, – и, не дожидаясь ответа, принялся пересчитывать одеяла. Потом спохватился и потребовал ведомость.

Вадим пригладил ладонями неубранную рубаху, полез в тумбу и достал книгу съемного имущества. Быстрым взглядом Елизар тотчас усек, что на книге стоит номер другого вагона. Вадим присвистнул в изумлении: вот те раз, катался неделю и не обратил внимания.

– Принимать не стану! – объявил Елизар. – Беги к начальству, пусть решают.

– Лады! – обрадовался совету патлатый Вадим. – Мигом! А ты присмотри тут. Упрут чего – и не заметишь.

Теперь Елизар мог спокойно оглядеться. Ох, и не любил он, если во время приемки стоят над душой, ждут, когда наконец подпись поставят в маршрутку. Конечно, проводника можно понять: бьется, как вода в бутылке, считай неделю, а то и больше, если его с оборота на повторку заворачивают. И вот он, дом, под носом, а тут с приемом-сдачей тянут. Бывали случаи: оставят вагон при полной экипировке и бегут домой. Потом возвращаются притихшие, успокоенные. И все неприятности, возникшие из-за их отсутствия, принимают без огорчения.