Читаем Поехали полностью

Вот как приблизительно выглядит путешествие уступами в гезенке, где угольный пласт не толстый, всего только в метр толщиной…

Но есть угольные пласты намного толще… На шахте № 8 Горловского района есть пласт "Дерезивка". Его толщина два с половиной и даже больше метров…

Впечатление от знакомства с "Дерезивкой" исключительное.

Автор, если хотите, не против того, чтобы посвятить вас в переживания незнакомого с шахтами человека и на таком пласте.

Делает это автор не из каких-нибудь личных соображений, он исключительно заботится о ваших интересах, чтобы вы, если не будете иметь возможности лично это пережить, все-таки принесли бы пользу в борьбе за угольную пятилетку.

"Дерезивка" — угольный пласт, как уже было сказано, в два с половиной метра толщиной. Добавьте к этому его падение в семьдесят четыре градуса, и вы, очевидно, представите, что гезенк на "Дерезивке" — это черная бездна, шириной в комнату… Между верхним и нижним горизонтом — сто пятьдесят метров. По вашей мерке это приблизительно пять-шесть пятиэтажных домов. Крепления — саженные стояки поперек пласта… Вот, от стояка к стояку, вы и путешествуете с одного уступа на другой…

Можете закрыть глаза, можете, наоборот, раскрыть их — все равно. Внизу черно и глубоко… Вверху скважина, куда вы влезли и откуда моментально вам хочется вылезть…

Хочется… Да не можете же вы отказать любезному завшахтой, которому так не терпится продемонстрировать вам очень интересные работы в его шахте. Он знает, что у него на производстве прорыв, он хочет его как можно скорее ликвидировать, и он прекрасно к тому же знает, что вы приезжаете на шахту не из простого любопытства, посмотреть только, что это за зверь шахта, а прибыли вы сюда с исключительной целью помочь ликвидировать этот прорыв…

Ну как вы сможете отказаться, если знаете, что для того, чтобы излечить болезнь, самое главное установить ее причины, а причина, может, как раз и находится в самом забое, именно на том уступе, на пласте "Дерезивка", куда вы, закрыв глаза и дрожа даже корнями своих волос, лезете.

Особенно приятное ощущение, когда стояки, которые кладутся один от другого приблизительно на метр, вдруг "прерываются" и горбыль от горбыля уже на два метра…

Тогда вас охватит лирическое настроение, захочется декламировать стихи:

Не говори, что молодость сгубила…

Или петь "Завещание" Тараса Григорьевича Шевченко…

Когда вы уже подползаете к нижней скважине (это бывает приблизительно через два часа после того, как "вас влезли" в верхнюю скважину), вы говорите:

— Не может быть!

— Что — не может быть?

— Скважина!

— Скважина. Факт…

Вы тогда спрашиваете:

— Это я долез или упал к скважине?

— Долезли.

— Серьезно?

— Серьезно!

— Ну, благодарю.

— За что?

— Я подумаю…

Вы садитесь и долго будете думать, пока любезный завшахтой не скажет вам:

— Пересядьте, прошу вас, на другое место, а то вы уже в собственном поту плаваете…

Автор рекомендовал бы, если к этому есть хоть малейшая возможность, ознакомиться с "Дерезивкой" в компании опытных товарищей.

Кроме того, что вы вообще будете иметь приятных собеседников, вы еще сможете воспользоваться при этой оказии техническими советами.

Опытный товарищ будет лезть впереди вас и все время будет советовать…

— Если сорвешься, падай так, чтобы не сбить меня! Места для тебя достаточно, так что держи крепко в руках руль боковых поворотов, а руль глубины отпусти: глубину ты и так возьмешь.

А еще кто-нибудь из товарищей, уже детально знающий шахты, не оставит вас без советов приблизительно такого характера:

— Если будете лететь, крутите головой между горбылями, чтобы не расколоть головой стояк, а то это приведет к техническим неполадкам в шахте и отразится на добыче. Летите до конца, если не пробьете породы и не вылетите в штрек, сидите на месте, не ищите сами скважины, чтобы не заблудиться… Мы подлезем — покажем дорогу…

На-гора вас выдают легким и радостным. Вы ощущаете, что у вас есть руки, ноги, спина, шея, голова, живот. Вы чувствуете на каждой части вашего тела каждый мускул — так вы радостны и напряженны…

И ощущаете вы все это приблизительно с неделю. Особенно остро на второй, третий и четвертый день.

А потом все входит в норму, и начинаются будничные дни борьбы за превращение кустарного Донбасса, оставленного нам капиталистическим строем, в Донбасс механизированный, Донбасс социалистический.

. . . . . . . . . . . . . . . . . .

Сколько неведомого, сколько интересного, сколько полезного на шахтах?

Автор понимает, что не в силах все передать, познакомить читателей абсолютно со всем, что имеет что-нибудь общее с угольной промышленностью; его задача очень и очень скромная — хоть кое-как, хоть на такусенький процент ликвидировать среди населения угольную неграмотность…

Уголь?! Шутки, думаете?! Целые столетия человечество бьется над решением самых разнообразнейших угольных вопросов! Вузы, втузы, академии — над углем работают!

Тысячетомные книгохранилища, лучшие, пытливейшие умы человечества приносят себя в жертву ради угля…

Наивно было бы думать, что в небольшом вступлении автор сможет охватить всесторонне все, что касается угля…