— Возможно, ты не веришь моим словам, что все эти годы я помнил о тебе, поэтому, позволь, я покажу тебе кое-что. — Он направился в небольшую, смежную с кабинетом комнату, и Эйприл нехотя последовала за ним. Войдя внутрь, она увидела, что все убранство этой комнаты состоит из встроенных в стены шкафов.

— Это не просто комната, Эйприл. Сейчас мы с тобой находимся внутри огромного сейфа. С того самого дня, как ты появилась на свет, и во все последующие дни твоего рождения я покупал какой-нибудь подарок, надеясь, что когда-нибудь смогу вручить его тебе лично.

С этими словами сэр Лайонел вытащил из стоящего в углу шкафа большую шкатулку и протянул ее притихшей от неожиданности Эйприл. Помедлив несколько секунд, она молча взяла шкатулку из его рук и открыла ее. Чего там только не было! Поразительной красоты бриллиантовое колье, кольцо с изумрудом, нитка розоватого жемчуга, а рядом с ними изящная фарфоровая кукла и лошадка из молочно-белого оникса. Взяв в руки куклу, Эйприл долго рассматривала ее, а затем, положив обратно, закрыла шкатулку.

— Большое спасибо, мистер Барнслоу, — чуть хриплым от волнения голосом произнесла она, — это чудесные вещи…

— Ты можешь забрать шкатулку. Она твоя. — Взглянув в этот момент на своего отца, Эйприл поразилась выражению его глаз. Казалось, он ждал от нее чего-то особенного, того, что могла ему дать только она. И тут Эйприл все поняла.

— Я могу забрать эту шкатулку в… мою комнату? — сдержанно улыбнувшись, поинтересовалась она. — Мне было бы приятно видеть эти вещи рядом с собой.

Теперь настала его очередь удивляться. Эта девочка, его дочь, обладала не только красивой внешностью, но и необычайно чуткой душой. Видя ее скованность и неуверенность в первые минуты знакомства, он не решился просить ее пожить хотя бы какое-то время в Албери-хауз, но она сама, без всякого принуждения с его стороны сделала ему этот прекрасный подарок.

— Это большая честь для меня, Эйприл! Албери-хауз — твой дом, и единственное мое желание, чтобы ты была счастлива в нем. Сейчас я позову Найджела, и он проводит тебя в твои апартаменты, а когда ты отдохнешь, я познакомлю тебя с Патрисией — твоей кузиной. Пати чудесная девушка, она немного старше тебя и, надеюсь, станет тебе хорошей подругой. А вечером я познакомлю тебя с Дэнисом. Дэнис — сын моей покойной жены, но мне он как родной.

Нажав на кнопку вызова, сэр Лайонел подождал, когда Найджел войдет в кабинет, и, лукаво улыбнувшись Эйприл, обратился к дворецкому со словами:

— Прошу тебя, Найджел, проводи мою дочь в розовые апартаменты и отнеси туда эту шкатулку.

Только многолетняя выучка помогла Найджелу сохранить свою обычную невозмутимость. Важно кивнув в ответ, он взял со стола шкатулку и, пригласив Эйприл следовать за ним, исполненным достоинства шагом вышел из кабинета.

Глава 11

То и дело пришпоривая лошадь, Патрисия неслась по покрытой инеем проселочной дороге. Переполнявшему ее негодованию требовался выход, а верховая езда всегда была для нее лучшей в этом смысле терапией. Чуть привстав на стременах, она натянула поводья, и вот уже ее конь, могучий черный жеребец по кличке Салгир, будто птица перелетел через увешанные бордово-красными ягодами заросли боярышника. Проскакав еще немного, она начала потихоньку осаживать разгоряченное бешеной скачкой животное и, заставив его наконец перейти на ровный шаг, вновь стала думать о том, что ей придется пережить сегодня немало неприятных минут. А предстояло ей знакомство со своей незаконнорожденной кузиной. Новость эта и сейчас, по прошествии нескольких дней, казалась ей все такой же чудовищной.

«Господи! Да я же не смогу теперь появиться ни в одном приличном заведении Лондона! Представляю, как мои друзья и знакомые воспримут появление в Албери-хауз этой… незаконнорожденной американки! Странно, что Дэнис так спокойно реагирует на это неожиданное известие!»

Дэнис! Ну почему? Почему он не хочет даже смотреть в ее сторону? Разве она, Патрисия, хуже этой выскочки Памелы? Аристократы не должны жениться на плебеях! Почему Дэнис не в состоянии понять этого? И она гораздо красивее Памелы, даже дядя признает это. Но ничего! Она еще поборется за него. Сейчас ему как никогда нужны деньги, и только она, Патрисия, может дать их ему!..

Всю оставшуюся до дома дорогу ее конь проделал шагом, но она, казалось, даже не заметила этого, мечтая о том времени, когда Дэнис будет принадлежать ей всецело. Ей одной. О! Как же она будет любить его! Сколько ночей она металась без сна на своей постели, зная, что он находится в объятиях Памелы! Настало время взять все в свои руки и любыми способами добиться от Дэниса согласия на их брак. Какой же он глупый! Неужели не понимает, что она, Патрисия, будет для него идеальной женой? Она купит для них дом в Кенсингтоне или где-нибудь на южном берегу Темзы и будет выполнять все его — даже самые сумасбродные! — желания. А ночи?! Какие потрясающие ночи будут у них! Эта выскочка Памела способна только на примитивный, животный секс. Она же, Патрисия, будет дарить ему истинное наслаждение.