— В Вест-Сайде?

— Нет, в Верхнем Ист-Сайде. Разве ты не работаешь на клинику на Парк-авеню или где-то рядом? Я в ресторане на Медисон, рядом с Шестидесятыми.

— Хм… хорошо, — ответила Лейк. — Думаю, я могу быстренько пообедать.

Ресторан оказался французским кафе примерно в двадцати кварталах к югу, и Лейк решила, что проще всего дойти до него пешком. Всю дорогу она волновалась по поводу того, какими окажутся «сплетни». Неужели Молли разузнала что-то о полицейском расследовании?

Молли сидела в кафе рядом с открытым французским окном. Она была одета в платье цвета морской волны без рукавов, и оно отлично подчеркивало загар, а густые рыжие волосы эффектно были подколоты с одной стороны. Она выглядела потрясающе и казалась совершенно счастливой, словно сегодняшний день был для нее особенным.

— Замечательное платье, — сказала Лейк, садясь на стул.

— Спасибо. Ты, конечно, можешь носить что угодно, но для меня существуют только три цвета, которые подходят к волосам, и я эксплуатирую их постоянно.

Все, чего хотелось Лейк, так это поговорить с Молли о Китоне, но она не стала торопить события. Молли мгновенно улавливала беспокойство, и Лейк знала: если она слишком быстро выкажет любопытство, то вызовет у нее подозрения.

— Было хорошо снова оказаться в горах? — спросила Молли, вертя в руке кусок багета, но не отправляя его в рот.

Лейк не решилась рассказать подруге о Смоуки — она непременно потребовала бы подробности и стала задавать всяческие вопросы.

— Нет, не слишком хорошо, — ответила Лейк. — Мне еще нужно привыкнуть к одиночеству в доме, который я еще совсем недавно делила с кем-то.

— Кстати о Джеке: он больше не объявлялся?

— Слава Богу, нет. — Лейк удручало, что вечно приходилось снабжать Молли сведениями о Джеке.

Несколько минут спустя, после того как они заказали салаты, Молли поерзала на стуле, давая понять, что готова к откровениям.

— Ита-ак? Хочешь услышать мои новости?

— Новости?

— О Марке Китоне. Не изображай безразличие. Ведь именно потому ты здесь.

— Ну тогда рассказывай. — Лейк слышала, как фальшиво звучит ее голос.

Молли молча облизнула свои пухлые губы. «Черт, не заставляй умолять тебя», — подумала Лейк.

— Ты помнишь, я упоминала о женщине по имени Гретхен Спенсер? Она стилист, и я знакома с ней много лет. Мы обе работали в «Харперз базар» и одновременно стали фрилансерами.

— Кажется, помню, — сказала Лейк. «Да говори же скорее!» — готова была воскликнуть она.

— Ну, она, по всей видимости, провела целый уик-энд с этим милым доктором за две недели до его убийства.

Глава 18

Лейк захлестнула волна стыда. Да, она подозревала, что Китон бабник, но в глубине души верила, что он соблазнил ее, поскольку она была особенной, не такой, как все, а не просто потому, что ему не хотелось коротать ночь в одиночестве. Как глупо и наивно с ее стороны, подумала она.

— Интересно… — Лейк распахнула глаза, изображая крайнюю заинтересованность сплетницы.

— Разумеется, что там говорить, Гретхен страшно теперь волнуется, — продолжала Молли. — Ее даже допросила с пристрастием полиция.

— Неужели? И как все прошло?

— Не слишком приятно. Сначала Гретхен думала, что копы разговаривают со всеми, кто его знал, но они в конце концов спросили, была ли она с ним той ночью.

Неудивительно, что детективы пришли к мысли: Китон прямо перед смертью был с женщиной. Лейк понимала — они найдут тому доказательства. Слова Молли это подтвердили.

— И Гретхен подозревают? — спросила Лейк.

— Нет. У нее пресловутое железное алиби. Кроме того, Китон практически бросил ее к тому времени — и это жутко ее разозлило. У них было несколько свиданий и жаркий уик-энд в Саратоге, а затем — ничего. Он даже не звонил ей. А потом она увидела его фото на всю страницу «Пост».

— В Саратоге? — переспросила Лейк.

— Ага. Они останавливались в прекрасной гостинице, построенной на рубеже столетий. Мне очень неприятно говорить это тебе, Лейк, но Гретхен утверждает, что он трахал ее так, словно давал мастер-класс. А ты упустила свой шанс. Хотя, учитывая то, как сложились обстоятельства, для тебя все обернулось наилучшим образом.

Лейк больше не могла выносить ее болтовню и притворилась, что потеряла интерес к Китону, и довольно неловко сменила тему. Остаток времени они обсуждали работу Молли и ее предстоящую поездку. Лейк приходилось заставлять себя улыбаться, говорить, есть. Когда она взяла сумочку, Молли настояла на том, чтобы оплатить счет, поскольку именно она предложила Лейк пообедать вместе.

Выйдя из кафе, они обнялись на прощание.

— Ты ведь не влюблена, правда? — спросила Лейк, глядя на Молли.

— Нет. Почему ты спросила?

— Ты вся светишься. И меня волнует твой таинственный ужин.

— Какой ужин?

— Тот, для которого ты готовила еду, когда мы разговаривали с тобой в прошлый уик-энд.

— А… ко мне приходила одна старая подруга. — Молли посмотрела на часы. — Я пойду. Нужно подготовиться к завтрашней съемке. Будь осторожна, хорошо?

— Ты тоже.