Читаем Подумаешь, попал полностью

рядом с тем местом, где укрывались сельчане. И когда из опрокинутого танка из нижнего люка оказавшемся с верху полезли немцы, дед Егор из двустволки которую успел прихватить, ухлопал одного фрица, двоих же оставшихся еще не опомнившихся от полученной встряски, прихватили сельчане и возможно бы разорвали на части, если бы не тот же самый дед Егор, предложивший отдать их нам. У не добитого фельдфебеля, я только и смог выяснить, что мы столкнулись с одним из полков 11 танковой дивизии вермахта, а еще один полк наступает несколько правее, получив команду произвести

атаку в сторону Ельца. Как бы в подтверждении его слов послышались орудийные выстрелы, где то километрах пяти от нас, завязывался бой.

– Похоже наши, – высказался командир роты, тяжелых танков Селуянов.

Я и так, понял это. Решение было принято немедленно, готовимся к бою, идем на помощь своим. Роту легких танков, оставляем у села, чтоб не выпустить немцев, да и иметь

прикрытие с тыла. Мой танк подкатил к подбитой 34, возле которой колдовал экипаж.

У той, сбило гусеницу с ведущим катком.

– Бронебойные остались, – спросил я у командира танка, лейтенанта Семенцова.

– С десяток будет, – ответил тот.

– Быстро восемь мне перекинем, у меня все закончились.

Лейтенант кивнул, бросил кувалду, и в считанные секунды оказался внутри танка.

Мы зашли с тыла, и как оказалось вовремя, немецкие танки, охватывали наш второй батальон с флангов, при поддержки артиллерии, которая уже успела развернуться

и начала наносить потери нашим. Встречный танковый бой, и не в нашу пользу.

Где то дальше в тылу, спешно окапывалась наша пехота, немецкая же находящиеся

в основном в бронетранспортерах, оставалась на местах, пока не вмешиваясь в бой.

И так, наш удар с тылу был неожиданным. Особенно для артиллеристов, на них возглавил нашу атаку мой заместитель, начштаба Иволгин. Рота КВ, просто смяла две батареи врага, уничтожая расчеты орудий, давя гусеницами и пулеметным огнем.

Я же тридцать четверками, нанес удар по стоявшим, чуть в отдалении бронемашинам.

Их было одиннадцать, и с них хватало осколочных. Как и ожидалось, первоначальный

успех гитлеровцев, закончился их поражением.

– Первый я второй атакую, с тыла не попортите наши шкурки. Нарушил я радиомолчание.

–Второй я третий. На мой позывной отозвался командир, второго батальона Капитан Лопухов.

–Вас понял.

Разгромив пехоту врага, буквально в считанные минуты, оставив от бронемашин

металлолом, ударили по флангам врага, причем с тыла. Немецкие танкисты увлеченные боем, не сразу заметили, что творится, что то не то. То один, то другой, их танки

вспыхивали, получая снаряд в моторное отделение. А когда разобрались, было поздно. Зажатые со всех сторон, их танки нарушив, первоначальный строй, заметались по полю подставляя свои борта. И так разгром был полный, лишь только двум Т-3 удалось вырваться, из наших клещей и то благодаря тому, что у нас банально закончились

снаряды, а осколочные удаляющимся танкам, не приносили какого либо вреда.

У меня опять потери, две 34 причем безвозвратно, только из одной, да и то не весь экипаж сумели выбраться, погиб комроты Рябушкин. Одно утешает, погибли ребята отомщенные.

К нам подъезжает комбриг, на броне- автомобиле. Глаза Максимова сверкают.

– Молодец Кропоткин, вовремя подоспел, думал хана бригаде, шли к тебе на помощь да сами нарвались. Окидывает взглядом округу, – не меньше полка намолотили.

– Два полка. Уточняю я. – Под Катериновкой, моим батальоном, уничтожено до сорока

танков противника.

– То есть за день нами, почти разбита танковая дивизия противника. Улыбается Максимов. Я пожимаю плечами.

– Кто его знает, какой состав у этой дивизии.

– Катериновка взята? – Спрашивает Максимов доставая карту.

– Не совсем. Признаюсь я. – Там засела пехота противника, я оставил легкие танки для блокады, сама Катериновка на половину выгорела, нужна пехота, чтоб выбить немцев полностью.

– Понятно. Комбриг свертывает карту.

– Нашей бригаде поставлена задача, освободить село, отбросить противника, и продолжать наступление.

– Так что сажай пехоту на танки, и вперед, мы следом, надо привести подразделение в порядок.

– Не могу, – говорю я. Горючие на исходе, снарядов совсем не осталось.

– Что не одного? Как бы удивился Максимов.

– Посмотрите сами, если не верите. В этот момент со стороны Катериновки, послышалась пальба из орудий.

– Это что там такое. Там явно разгорался бой. Бронеавтомобиль был с рацией, и комбриг нырнув в него вызвал третьего. – Вот что, бери все что у тебя на ходу, и бегом в Катериновку, возьми роту десанта, действуй, там бой идет.

– Что значит всего треть боекомплекта на машину осталось, у второго вообще и того нет.

Минут через десять, второй батальон, рыча моторами, уходит с десантом на борту в сторону села.

– А ты давай быстрей загружайся, заправляйся, снарядов можем дать только половину боекомплекта, сам понимаешь, тылы еще не подошли.