Читаем Подумаешь, попал полностью

Ну мы с ним выпили, в чисто офицерской компании, то есть я , он и Поплывец.

Потом я позвал своего радиолюбителя, и мы буквально сперли две радиостанции, и запчасти к ним, спалив пустые коробки в печурке. Радиостанции были довольно компактные, и легко влезли в вещмешки. Перед Сергеем, я просто помахал давно измятым листком, моей индульгенции, сказал, что интендант разрешил взять эти коробки.

Я ужасно рисковал, но мне надоело, не иметь связи в танке. Поэтому мы вышли, чуть раньше Куйбышева и оказалось попали в самую точку. На станции, как всегда патруль остановил нас для проверки документов. Пожилой капитан милиции, не чуть не удивился

встретив нас здесь, сразу напряженность его куда то пропала.

– А танкисты? Он объяснил куда нам следовать дальше, оказывается в старых казармах, был сборный пункт для нашей братии, что это такое я примерно представлял.

Находиться на казарменном положении, зубрежка уставов и строевая, дожидаться

назначения. Построив свою команду, я ввел ее в расположения части. Дежурный проверил наши документы, и отправил с нами провожатого. Тот подвел нас, как не странно к бани. Вызванный к нам, подошел пожилой майор, страдающий отдышкой и сказал. -В общем так, все имеющие при вас оружие сдать, как и личные вещи, те которые разрешены, после сан обработки вам вернут.

Я выслушал это повествование, и выступил вперед.

– На каком основании, вы это требуете, – спросил я у майора, на счет вещей и личного оружия командиров.

– На счет приказа, – майора Головко, начальника сборного пункта.

– Понятно, взвод кругом, шагом марш.

Мы пошагали в сторону КПП. Майор забеспокоился.

– Куда вы?

Мы последовали молча, я давно приучил своих людей, подчиняться только моим

приказам.

– Задержать их!

В конце, концов крикнул майор. Выскочивший дежурный сержант, вместе с помощником попробовали нас остановить, но просто были отброшены в сторону. Мы последовали в центр города. Уточнив у встречного патруля, где находится Военный Комиссариат, мы проследовали туда. Отдав инструкции Поплавцу, я вошел вовнутрь здания.

Дежурный лейтенант, спросил меня по какому я вопросу. Я сказал, что мне надо срочно увидеться с главным комиссаром, и предъявил свое удостоверение.

– Хорошо. Дежурный позвонил, и с кем то переговорив, сказал.

– Пройдите по коридору, и направо, вторая дверь слева вас примут.

Примут, а как, думал я продвигаясь по указанному маршруту. Вот и дверь, я постучался.

– Войдите. Меня встретил еще один лейтенант в приемной, спросил по какому я вопросу.

– По важному, – ответил я. – Скажите капитан Кропоткин. Я показал удостоверение.

Лейтенант скрылся за дверью, пробыл он не долго, выйдя сказал.

– Вас ждут.

Я вошел. За массивным дубовым столом, сидел дивизионный комиссар, это был Крапивин.

Тот встал – Здравствуйте, дорогой Виталий Викторович, давно не виделись.

Когда то, бывший батальонный комиссар, улыбался.

– Я тоже рад, – ответил я, пожав протянутую руку.

– Так это из за тебя, весь сыр бор, майор Головко звонил сюда, в комендатуру, на уши поставлен весь гарнизон города.

– Не знаю? Ответил я. Мы шли за назначением, нам указали на какие то строения, там какой то майор, попробовал забрать наше личное оружие и вещи.

– И вы отказались?

– Естественно.

– Почему?

– Согласно положению о военном времени, личное оружие не передается не в чьи чужие руки, без приказа командира.

Майор потребовал сдать его, и личные вещи, даже не предъявил не какого регламентирующего документа, рядом с ним, не было представителей особого отдела, не НКВД. – Личное оружие, командир в военное время сдает, либо по требованию своего непосредственного начальства, либо при аресте. – Я что арестован?

– Ну что вы, Виталий Викторович. Комиссар пригласил меня за стол, давайте выпьем чаю

поговорим.

Перед тем как сесть, я снял полушубок и положил на один из стульев, стоявших вдоль стены кабинета. Вошел лейтенант, и что то прошептал комиссару, тот хмыкнул.

– Отмените все, нечего не произошло, просто учебная тревога, людей капитана проводите в общую приемную, и напоите чаем. -Да. Комиссар придержал своего адъютанта. – Нам тоже чай, ну и в общем, как обычно к нему.

Лейтенант глянул на меня, кивнул и скрылся за дверью.

– Между прочим, майор Головко, ваш непосредственный начальник.

Продолжил комиссар, прерванную беседу.

– Только после того, если бы я отдал ему предписание.

Я достал документ. – Тут сказано, по прибытию отдать оное начальнику резерва, либо в военный комиссариат, я выбираю вас.

Комиссар взял предписание. Вошел лейтенант с подносом, и стал расставлять принесенное на стол, я вздохнул, увидев ассортимент, тут было все, что невозможно

было достать в иные времена без блата, печенье, конфеты, яблоки, мандарины, сыр и тарелка, с нарезанной копченной колбасой.

– Ну чай потом, сперва. Комиссар потянулся, и достал из шкафчика бутылку коньяка.

Мы выпили по рюмочке, потом еще.

– Вот это и это. Комиссар показал сперва на петлицы, потом на орден красного знамени, я получил благодаря тебе.

– А это, перебил я Крапивина. Потрогал звезду героя, за тоже самое, мне вручал лично Сталин.