Читаем Подумаешь, попал полностью

– Выезжаю. Тут же прозвучал ответ. Я же между делом, сняв китель, готовил дырочку для награды.

Мест нет. Лаконичная табличка, не остановила нас. Швейцар, когда в дверь постучали, сперва замахал руками. Но разглядев корочку, которую предъявил офицер сопровождавший Крапивина, тут же открыл двери. Увидел перед собой двух генералов, вообще разошелся в улыбке. Сразу нашелся свободный столик. Ну и чего греха таить, две вполне приличные девушки. Офицер примостился у стойки, и попевая кофе следил за обстановкой. Генерал -лейтенант Крапивин, был в общевойсковой форме и особенно не выделялся. Кроме нас было еще три генерала, четыре полковника и все, остальной контингент в гражданском. Но зато выделялся я. Не у одного из военных, не было столько наград, а тем более звезд героя. Кто то даже из присутствующих, заказал для меня песню три танкиста, в ответ я послал бутылку коньяка. Потом прозвучала новинка сезона, офицерский вальс. И я справился с ним, в основном благодаря даме, блондинка скорей всего крашеная, чуть постарше меня. В общем я назюзюкался. Тем более, что продолжение было у меня дома. Трофейный коньяк, с таким же шоколадом, пошел

на ура, потом мы с блондинкой уединились, что то было, чего то нет. Факт тот, что я вскоре уснул и больше нечего не помню. Бодун был хороший, и я с головной болью, кое как заставил себя встать на ноги и протопать в туалет, потом освежающе – бодрящий душ.

Горячий кофе, окончательно привел меня в норму.

Раздался стук. Думая, что это кто то из своих я открыл дверь.

Ни Крапивина, ни дам уже в помине не было. Записку от бывшего комиссара, я нашел на кухонном столе. «Времени в обрез, мы ушли». Я представил как рано утром, Крапивин с помощью своего сопровождающего, выдворяет сонных, полупьяных дам, следя за тем, чтоб те не стащили чего нибуть на память. И правильно сделал, иначе бы оргия продолжилась, а что человек с войны, должен немного отдохнуть. Как говориться, снять стресс. Но увы , это была всего лишь дворничиха. А я такой красивый, перед ней в трусах и тапочках. Я не стал смущаться, а сразу спросил.

– Что то важное? Дворничиха слегка замялась, оглядывая меня.

– Я не вовремя, Виталий Викторович?

– Заходи, я сейчас.

Дворничиха вошла в прихожею, я же пошел одеваться. На кухне, угостив её кофе, я стал слушать доклад и кое что меня заинтересовало.

– А еще они сказали, позвонить по этому номеру, как только вы объявитесь, продолжала женщина.

Начало было же такое, два типа в форме, помахали перед ней корочками и потребовали следить за мной.

– Но я то знаю, какие люди у вас бывают.

– Вот сегодня утром, генерал с девчатами от вас выходил.

Дворничиха догадывалась, кто такой Крапивин и поэтому решила, что идет какая то, под коверная борьба, но у меня связи повыше, и лучше держать мою сторону.

Я же из этого, сделал иной вывод. Зачем выяснять какой то службе, где я и когда появлюсь дома, я и так постоянно под колпаком. Один Капралов, чего стоит. Значит, те кто за мной хочет проследить, враги.

– И еще, начали возвращаться эвакуированные но по вызову, – сообщила Мифодьевна.

Я её понял, намек на сестру. С её характером, если бы она была одна, опять бы кинули.

Институт, а что тот, половина преподавателей сейчас не из Москвы, а еще не освобожденных городов, так что филиал, останется в Уфе. Насколько я знаю, учебные учреждения уже открылись вновь.

– Спасибо. Я достал из буфета пару банок тушенки, подумав добавил трофейные сосиски, консервированные в соусе и бутылку вина, а так же конфет для детей.

– В общем так, – сказал я. К вам подойдут люди из органов, сделаете все как они скажут,

и помните, те кто подходил к вам, скорей всего враги.

Я выпроводил женщину, сунув ей в приподнятый фартук продукты, и опять пошел звонить Крапивину. Тот нашелся не сразу, был на каком то совещании и поэтому, голос прозвучал как то отрешено и безнадежно.

– Кропоткин, пить больше не буду, не уговоришь.

Я лишь хмыкнул, и тут же выложил ему то, что рассказала мне дворничиха.

– Так и знал, не может такого быть, чтоб как только, появляешься ты, появляются

шпионы. -Жди, скоро буду с командой.

– Вячеслав Алексеевич, поспешил я, – мне нужна машина, а то не солидно как то, целый генерал и пешком. – Или на трамвае ездить?

– Будет тебе машина, – пробурчал Крапивин, и охрану приставлю.

– Это еще зачем?

– Сдается мне, нападение тогда на тебя было, не спроста.

– Я тоже, подумал об этом.

Потом заявился Телепин, за ним Павел. Телепин был злой, и не выспавшийся.

– В чем дело Петрович, – спросил я понимая, что у того что то случилось.

Тот не стал ходить вокруг, да около. – Понимаешь Викторович, вовремя я приехал.

К своим шел, настроение радостное было, а там.

– В общем Сережку, я нашел в коммуналке побитого, лицо в синяках.

Мне обрадовался, папка говорит, забери нас к себе, на фронт.

Рассказывал Телепин, а руки его дрожали. Его дочь, Настенька, приглянулась одному