Читаем Подражатель полностью

— Извините. Я думал, вы обращаетесь к… — начал Винтер, но они уже были вне зоны слышимости, бегом пробираясь сквозь толпу журналистов, удерживаемых снаружи широких стеклянных дверей. — Да, вам плевать. — Чувствуя себя немного пристыженным, он сел обратно рядом с Элоизой, пожав плечами, словно говоря: «Что поделать?»

Она дернула ручку и вылезла.

— Эй! — окликнул ее он, когда она поспешила за ними. — Эй!

Показав удостоверения мужчине у входа, они пробрались сквозь хаотичное отделение. После того, как обслуживающий персонал исключил возможность утечки газа и устранил подозрительный чайник, непробиваемые медсестры распахнули все окна и теперь как обычно выполняли свои обязанности, хлопоча над приходящими в себя коллегами в следующей комнате от места преступления. Когда Чеймберс завернул за угол, он сразу понял, что у него нет времени собираться с силами. Ожидающая их сцена сразу выбила из него дух.

Сюрреалистичная… Элегантная… Жестокая.

— О господи, — охнула Маршалл рядом.

От позвоночника склонившегося на колени мужчины, стоящего на равном расстоянии между двумя койками в дальнем конце комнаты, поднимались два белых крыла. Направленные к потолку, они немного заслоняли свет из окон и отбрасывали длинные тени, от которых двое детективов инстинктивно отступили.

— Чеймберс? — прошептала Маршалл. — …Чеймберс?

— Мне понадобится минута, — признал он.

Она понимающе кивнула, а затем пошла перехватить их коллег, прежде чем те увидят застывшего Чеймберса.

— Маршалл, — представилась она абсолютно растерянному офицеру. — Я работаю с детективом Чеймберсом.

— О! Буквально я никогда еще не был так рад кого-то увидеть! — сказал он ей, поворачиваясь к крылатой мерзости: — Нет, серьезно, какого хрена?!

Она посмотрела на два тела — одно мужское, второе женское, осознавая, что композиция, с другого конца комнаты напоминавшая лишь беспорядочную кучу, на самом деле была очень знакомой и тщательно выстроенной. Полностью обнаженный мужчина перенес весь свой вес на правую ногу и держал на руках безжизненное тело женщины.

Тонкие нити, удерживающие крылья, блеснули в солнечном свете, когда Маршалл подошла к окнам, обогнув тела, и с отвращением обнаружила, что ангельские атрибуты на самом деле торчат из тела мужчины, опоясанные кругами все еще сочащейся крови.

— Лебеди… мне кажется, — прокомментировал полицейский.

Она кивнула и нагнулась изучить сложный металлический каркас, словно выросший из земли, изгибающийся и смыкающийся в разных местах, чтобы удерживать два «объекта» в нужном положении.

— Это не он сделал, — сказал Чеймберс, напугав Маршалл, явно не услышавшую его приближения. Он натянул перчатки и, протянув руку к концу одной из металлических частей, согнул ее с достаточной легкостью. — Гибкий металл. Какой-то сплав алюминия? Есть какое-то видимое название бренда или символы на колчане?

— Колчане? — удивилась Маршалл. Она до этого еще не добралась.

— И это здесь тоже было, — упомянул офицер, указывая на пол.

— Стрела, которой он ее разбудил, и фляга с Ночью Стикса, — пробормотал он.

— Ээээммм… Простите, что?

— Не обращайте внимания, — обратилась к полицейскому Маршалл. — Когда их нашли?

— Около получаса назад, когда один из уборщиков вошел и обнаружил всех в отключке.

— В отключке или в сознании, но не способных двигаться? — уточнила она. — Есть разница.

— Эммм. Я узнаю. Никто не помнит, как кто-либо входил или выходил. Будто он невидимый или вроде того.

— Может, он таким и был, — подавленно пробормотал Чеймберс.

Полицейский взглянул на него, явно не уверенный, был ли это подкол в сторону его догадки или он на самом деле верил в призраков.

— Это опять Роберт Коутс, не так ли? — спросил он. — …Статуи?

Чеймберс спокойно повернулся к нему:

— Пресса уже здесь. Я полагаю, на ваше благоразумие можно положиться?

— Конечно, сэр.

— Отлично… Теперь уходите.

— Да, сэр.

Он переглянулся с Маршалл сквозь лебединые крылья.

— Я видела фото, — сказала она ошеломленно, когда шаги уходящего из комнаты офицера стихли. — Я знала, чего ожидать… И все же я не ожидала этого.

— Вы уже проверили флягу? — спросил кто-то из дверного проема.

Элоиза стояла в дальнем конце комнаты, не проявляя ни капли страха или отвращения — только восхищение.

Винтер ворвался в комнату вслед за ней, а за ним по пятам следовал полицейский, которого оба умудрились проскочить по пути.

— Они со мной, — сказал Чеймберс, успокаивая констебля, прежде чем снова обратить внимание на остальных: — Я же говорил вам оставаться в машине.

— Я пытался ее остановить, — прохрипел Винтер, задыхаясь и не проявляя ни капли восхищения — только страх и отвращение.

— Вам сюда нельзя, — сказал Чеймберс.

— Вы уже проверили флягу? — снова спросила Элоиза, словно она их не слышала.

— Это место преступления!

— Это Роберт! — огрызнулась она, подкрадываясь к крылатому богу и его принцессе, блестящими глазами вбирая каждую деталь сцены перед ней.