Читаем Подозреваемые полностью

Тони Скэнлон стоял в стороне, покуривая «Де Нобили». Он видел, как вдова упала на колени и горестно заломила руки. Он был потрясен трагичностью момента. Комок застрял в горле, и он почувствовал резь в глазах. Он подумал о двух мирах, в которых жил. Мире полицейского, где царили двусмысленность и гипертрофированное самомнение, постоянное недовольство и зависть. И мире новобранцев, чистом месте, в котором все сводилось к простейшим условиям задачи: тут — хорошие парни, там — плохие. Наивные мальчики в синем, они быстро становились грубыми и циничными под влиянием действительности. Он подумал о тяготах своей личной жизни, о временах неуверенности и одиночества. Утром он оставил сорок долларов на туалетном столике Салли де Несто, попрощался и шагнул в свой полицейский мир.

Кортеж медленно сворачивал за угол.

Скэнлон мысленно простился с Джо Галлахером, человеком, который помог ему остаться в полиции. Что и говорить, ему устроили грандиозные проводы.

Резкий запах одеколона заставил Скэнлона наморщить нос. Рядом стоял Уолтер Тикорнелли.

— Ты что, купался в этом дерьме? — отшатнувшись, спросил Скэнлон.

— Что ты хочешь этим сказать? Это же «Маск фор мен» от Ле Клода.

— Ну и что? Воняет как моча.

— Что легавые могут знать о моде?

— Наверное, ничего, но я очень рад видеть тебя здесь, потому что хочу задать тебе несколько вопросов.

— О чем?

— Эдди Хэмил. Ходят слухи…

Лицо Тикорнелли потемнело от злости.

— Это пустая болтовня. Не верь.

— Но кто-то же стрелял в тебя?

Тикорнелли раздраженно махнул рукой. Он перешел на итальянский.

— Хэмил никогда не стрелял в меня. Клянусь, ничего между нами не было. Ничего. — Он шутливо погрозил Скэнлону пальцем, и кольцо на его мизинце сверкнуло. — Кроме того, как это связано с Галлахером и Йеттой?

Скэнлон ответил по-английски:

— Вероятно, произошла ошибка. Ты собирался убить Хэмила, а парень, которого ты нанял, спутал его с Галлахером.

Тикорнелли хлопнул себя ладонью по лбу и сказал по-итальянски:

— Ну конечно, а заодно я нанял убийцу и для сына, и для старухи!

— Я должен проверить все улики и все слухи. — Скэнлон понимал, что это звучит неубедительно.

Он также понимал, что ему не хватит людей для отработки явно ложных версий, даже если этого требуют правила. Скэнлон мог отложить дело Хэмила в сторону, потому что знал, где он прячется. Если понадобится, он всегда сможет поймать его.

Тикорнелли огляделся, дабы убедиться, что их никто не слышит, подошел к Скэнлону и сказал по-итальянски:

— Этот случай с Галлахером вредит многим хорошим людям, твои ирландские друзья, полицейские, суют свои красные носы в каждую задницу. Мы хотим, чтобы все снова вернулось на круги своя. Была тишь и гладь, и мы бы хотели, чтобы все оставалось по-прежнему. — Он поднял указательный палец и перешел на английский. — Все, что ты слышал об Эдди Хэмиле и обо мне, — чистейший вздор. Забудь об этом. Не трать зря свое драгоценное время.

Скэнлон схватил Тикорнелли за палец.

— Ты же не станешь врать полицейскому, разве не так, дружище?

Тикорнелли присвистнул.

— Еще как стал бы, но не вру. И ты, скотина, знаешь это!

— Ты поможешь одному из наших художников сделать фоторобот водителя фургона?

Тикорнелли возмутился:

— Ты с ума сошел, что ли? Не забывай, я по другую сторону закона. Мы с тобой можем поболтать. Иногда я могу шепнуть тебе что-то по-итальянски, но строго между нами. Если я помогу тебе сделать фоторобот, все об этом узнают.

Скэнлон принялся увещевать его по-итальянски:

— Ты сейчас сказал, что хочешь помочь вернуть все на круги своя. Если поможешь, никто об этом не узнает. Я обещаю.

— Обещаниям легавого грош цена.

Скэнлон, не моргая, смотрел ему в глаза. Потом сказал по-итальянски:

— Я держу свое слово, Тикорнелли.

Возникла тревожная пауза. Шли минуты. Наконец Скэнлон произнес:

— Я буду твоим должником. Ты всегда сможешь на меня рассчитывать.

— Никто и никогда не узнает? Не будет суда присяжных, судебного процесса, освидетельствования?

Скэнлон кивнул.

— Ладно. Устрой мне встречу с вашим рисовальщиком.

Скэнлон повернулся и зашагал сквозь редеющую толпу.

Автобусы ждали полицейских, чтобы снова отвезти их на службу. Горстка полицейских направилась в бар. Мэгги Хиггинс вышла из церкви и подошла к Скэнлону.

— Я поставила свечку за лейтенанта Галлахера.

Скэнлон одобрительно кивнул.

— Как ты намерена добираться до дому?

— Моя машина рядом, могу подбросить до участка.

Крошка Биафра, Колон и Лью Броуди стояли рядом с полицейским автомобилем и о чем-то болтали. Кристофер, присев на капот, читал газету. Скэнлон подошел к ним и попросил Крошку Биафра и Кристофера разыскать Гарольда Ханта, мужа Донны Хант. Скэнлон заметил, что Гектор Колон держит в руках сумку с какими-то коробками.

— Что там у тебя?

Колон залез в сумку, достал одну из коробок и открыл ее.

— Ловушка для тараканов! — радостно сообщил он. — Эти твари заползают внутрь на приманку и приклеиваются ко дну коробки. Я хочу расставить такие ловушки в дежурке.