Читаем Подфлажник полностью

Ирина находилась дома одна. Игорь ещё оставался на практике. Дома было всё хорошо, но была одна плохая новость. Заболел отец Ирины. У него обнаружилась непонятная, пока, опухоль в черепной коробке. Она была у него не совсем злокачественной, но прогрессирующей. Её рост, усложнял тестю жизнь тем, что опухоль давила на кровеносные сосуды и капилляры, а это было чревато прекращением питательной крови к клеткам головного мозга. В итоге человека могло парализовать. Все его знакомые врачи-коллеги настоятельно рекомендовали сделать операцию. Естественно операция требовала определённых денежных затрат, и Николай посодействовал Ирине в помощи отцу, предложив снять всю сумму, необходимую на операцию, лишний раз, убеждая жену в своём правильном выборе, относительно решения идти работать на "подфлажное" судно.

В итальянском порту Специя, судно простояло ещё два дня. Грузились белыми мраморными блоками и ящиками с запасными частями для автомобилей фирмы "Ивеко". Так же грузили шасси от этих же машин и трубы шестиметровой длинны, различных диаметров, для тунисских нефтяников. На крышки трюмов погрузили полный состав гружёных сорока фунтовых контейнеров в два ряда, всего сто двадцать четыре контейнера. Можно было грузить ещё два ряда под завязку, но это был весь груз. Часть груза предназначалась на тунисский порт Сфакс, и судно взяло курс на Тунис.

Погода снова благоприятствовала. «Медуза» следовала мимо полигона корабельных стрельб Итальянского военно-морского флота вдоль острова Сардиния, преодолев за трое суток, почти 600 морских миль и на четвёртые сутки прибыла в порт Сфакс. Выгрузив там всего шестнадцать контейнеров с четвёртого трюма, трубы и часть мраморных блоков, через сутки судно отправилось в следующий порт. Это был египетский порт Александрия. Переход длился около недели. Состояние моря было изменчивым, от полного штиля до трёх бального волнения, вполне приемлемый режим для морских судов.

Простояв несколько дней на внешнем рейде Александрии, "Медуза" зашла в порт и, оставив там половину доставленного груза, взяла на борт пару десятков гружёных контейнеров да несколько десятков пакетов с деловым лесом, назначением на Стамбул. В общей сложности Александрия проглотила ещё пять суток стоянки. Египтяне работали медленно. Ночами они отдыхали. За время стоянки, Залесский в город не выходил. Днём полностью отдавался работе, чтобы быстрее летело время, а вечером штудировал английский, до тех пор, пока не наступала апатия на учёбу. Чтобы сделать мозгам передышку и разрядить данную обстановку, он спускался в столовую команды, где сражался в нарды со своим, установившимся, постоянным партнёром, которым стал второй механик. За игрой в нарды, соперники не только успевали бросать фишки и делать ход, но и вели задушевные флотские беседы с собравшимися в столовой зеваками. Здесь можно было услышать критику на производственную тематику, банальную шутку и реплику, относительно улучшения качества пищи. Давали моряки друг другу дельные советы для застройщиков и молодых специалистов. Рассуждали о качестве улучшения жизни в не зависимых странах, не забывая вспомнить нерадивых политиков, которые зачастую занимали в политике позицию, не поддерживаемую собственным народом.

Закончив с выгрузкой и погрузкой в порту Александрия, "Медуза" отправилась в очередной рейс, взяв курс на Турцию. Хорошая погода продержалась чуть больше трёх суток, и судно успело за это время дойти в район острова Крит, где изменив курс, укрылось за южной стороной острова от встречного северного ветра, поднявшего на море восьми бальный шторм. Судно стало в дрейф и дрейфовало, почти трое суток, пока не поменялось направление ветра, и не уменьшился шторм. Капитан не стал рисковать доверенной ему жизнью людей, перевозимым грузом и эксплуатируемой в щадящем режиме техникой. Отыскав удобную для дрейфа бухту, он решил переждать шторм, как каждый мудрый и опытный капитан, зная, что по спокойной волне можно наверстать упущенные мили, зато экипаж, корпусные сооружения и техника судна останутся целыми и без, никому не нужных, повреждений. Когда на четвёртые сутки ветер поменял своё направление на норд-ост, на мостике дали ход и главный двигатель заработал в режиме "полный вперёд", следуя вдоль турецкого берега в сторону острова Родос, где снова пришлось отстаиваться в ожидании благоприятной погоды, прячась уже от ветра дышащего норд-вестом. Прождав ещё двое суток, "Медуза" снова продолжила свой вояж. Но, невзирая ни на какие условия плавания, экипаж судна всегда жил по своему особому расписанию, продолжая работать, нести вахту и выполнять все поставленные перед специалистами задачи.

Преодолев ещё несколько сот морских миль, теплоход "Медуза" прибыл к своему конечному пункту назначения в порт Стамбул. Причал, где обычно швартовали судно, был занят другим судном, и "Медуза" стала на якорную стоянку, дожидаясь "добро" для захода в порт.