Читаем Под знаком Льва полностью

ФрагментыТаверна под Отраминой —ну, чистая развалюха.Я встретился там с Мартином,и был он весьма под мухой.С ним рядом был Тоньо-Герцог,и был он весьма под газом.Сэр Грей же был очень рыжим,нетрезвым и синеглазым.У каждого лоб светилсясивушно-зеленым нимбом:ведь пили они, как былозавещано нам Олимпом…Когда же вино кончалось,они не скребли в затылке,поскольку у них в корзинахпозвякивали бутылки.Чуть-чуть чересчур фривольнозвучали их прибауткипро девушек непорочных,забывших о предрассудке.Слегка чересчур свободноони распевали песнипро девственниц, позабывшихо грозной для них болезни…Когда ж им делалось скучно,взлезали они на мулови ехали прочь тропоюсатиров и вельзевулов.Но помня о христианах,рубивших вовсю неверных,они поднимали кубкиво всех до одной тавернах.И вот, поднимая рюмкии прочие все сосуды,включая пустую тыкву,вели они пересуды,которые в грех вводилисоблазном своим досужимне только что незамужних,но даже и тех, что с мужем.Они на ногах почти что,родимые, не стояли,когда обнимали в Ларебочонки свои в подвале,когда пять сирен приблудныханисом их наливали,доя кошельки любимыхпри этом на сеновале.Они не могли на речкеникак отыскать парома.При этом шесть нимф дышалона бедных парами рома.И все же они успешноуправились с переправой,вломившись в таверну к Нуньоорущей вовсю оравой:подайте, мол, ром и бренди,Добром ведь пока что просим.И было сирен при этомУже и не семь, а восемь…Что ж… Нуньо умел спроворитьслужанок своих и вина:уж в Ларе безгрешны нимфы,а тут и совсем невинны.Явившимся грубиянамони наполняли кубкии явно назло задирамсвои задирали юбки.Однако при всем при этомих ласково величалии даже их бальным танцамучили потом в подвале,а чтобы от хмеля беднымизбавиться было проще,их нимфы потом водилигулять по соседней роще.Но, выпивши стременнуюи на посошок глотнувши,на мулов опять садилисьзаблудшие эти души.Заблудшие эти тушивзбирались опять на мулови ехали прочь тропоюсатиров и вельзевулов.Серебряные созвездья,как свечи, в ночи дрожали,и трое знакомцев нашихна север свой путь держали.Петляла в ночи по рощам,по взгорью тропа, по долуи вывела их к притону«У Розы из Боломболо».Была эта Роза красной,кривой и слегка хромою,но гордо качала бюстом,как будто пустой сумою.Поэтому трое нашихпроехали мимо шагоми с нервами совладали,лишь только припавши к флягам.Поодаль спустились к броду,где Каука пеной брызжет,и в мутной воде набряклиу них сапоги и бриджи.Свой путь они кавалькадойпродолжили бестолковой,и он их привел в тавернупод вывескою «Подкова».Сей храм из фанеры с жестьюс фасаду, а также сзадидостоин был Шахрияра,прильнувшего к Шахразаде.Завидное заведенье:ни склада в нем нет, ни лада,но лампою Аладдинаи плаванием Синдбадаоно безупречно служитот Ансы до Медельина[88] любому, кто утверждает,что он до сих пор — мужчина…Таверна под Отраминой —ну, чистая развалюха.Я встретился там с Мартином,и был он весьма под мухой.С ним рядом был Тоньо-Герцог,и был он весьма под газом.Сэр Грей же был очень рыжим,нетрезвым и синеглазым…
Перейти на страницу:

Похожие книги

Москва
Москва

«Москва» продолжает «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), начатое томом «Монады». В томе представлена наиболее полная подборка произведений Пригова, связанных с деконструкцией советских идеологических мифов. В него входят не только знаменитые циклы, объединенные образом Милицанера, но и «Исторические и героические песни», «Культурные песни», «Элегические песни», «Москва и москвичи», «Образ Рейгана в советской литературе», десять Азбук, «Совы» (советские тексты), пьеса «Я играю на гармошке», а также «Обращения к гражданам» – листовки, которые Пригов расклеивал на улицах Москвы в 1986—87 годах (и за которые он был арестован). Наряду с известными произведениями в том включены ранее не публиковавшиеся циклы, в том числе ранние (доконцептуалистские) стихотворения Пригова и целый ряд текстов, объединенных сюжетом прорастания стихов сквозь прозу жизни и прозы сквозь стихотворную ткань. Завершает том мемуарно-фантасмагорический роман «Живите в Москве».Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Владимир
Владимир

Роман известного писателя-историка С. Скляренко о нашей истории, о прошлом нашего народа. Это эпическое произведение основанное на документальном материале, воссоздающее в ярких деталях историческую обстановку и политическую атмосферу Киевской Руси — колыбели трех славянских народов — русского, украинского и белорусского.В центре повествования — образ легендарного князя Владимира, чтимого Православной Церковью за крещение Руси святым и равноапостольным. В романе последовательно и широко отображается решительная политика князя Владимира, отстаивавшего твердую государственную власть и единство Руси.

Александр Александрович Ханников , В. В. Роженко , Илья Валерьевич Мельников , Семён Дмитриевич Скляренко , Семен Дмитриевич Скляренко

Скульптура и архитектура / Поэзия / Проза / Историческая проза