Читаем Под знаком Льва полностью

Баллада о потерянном времени

IНапрасно время потеряли столько шансов упустил…Не знаю, где я нынче был,но то, что видел, не забыл:там серый цветторжествовал,и дым, и дом, и весь квартал —все было серо… Идеалсырел в тумане серых сред.Посредственности серый следлежал на всем… И серый светструился из серевших сфер,и горизонтбыл тоже сер,и там на бденьесерых лицложились тенисерых птиц,угрюмых птиц, чей серый цветбыл как донос, был как наветна все, чем дышит человек,на все, чем жив и миг и век;серел туман, и, словно мышь,был серым шум, серела тишь,и дом был сер, и весь квартал-Сырая страсть и серый пыл…Не знаю, где я нынче был,напрасно время потеряли столько шансов упустил!IIНапрасно время потеряли столько шансов упустил…Не знаю, где я нынче был,но то, что видел, не забыл:там сочный цветторжествовал,заката огненный обвалпалитрой красок трепетал —кипел бурлящий хризопраз,и тек расплавленный алмаз,слоился жидкий изумруд,в глаза бросались там и тутпричуды чувственных усладсредь буколических полей,и сладострастный ароматструил на розы Водолей!Там фавны в сумраке аллейШопенов слушали рояль…Фаготы, флейты —летний клейелейной сладости лилей —Пале-Рояль? Или Версаль?Меццо-сопрано и свирель,и хмель,и пряные цветы…Заката красочный обвал.Все приторно до тошноты:рябит в глазах — ну нету сил…Напрасно время потеряли столько шансов упустил...IIIНапрасно время потеряли столько шансов упустил…Не знаю, где я нынче был,но то, что видел, — не забыл:заката красочный обвали серых будней ритуал!А мог ведь я, себя любя,вполне бы заглянуть в себя,в клокочущий во мне родник:там подружился бы с любойсвоею ипостасью вмиг —с Глухой, с Холодной, со Слепой...

Немудреное славостишие в честь чудотворного чувства, возврата и ласковой песни

Перейти на страницу:

Похожие книги

Москва
Москва

«Москва» продолжает «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), начатое томом «Монады». В томе представлена наиболее полная подборка произведений Пригова, связанных с деконструкцией советских идеологических мифов. В него входят не только знаменитые циклы, объединенные образом Милицанера, но и «Исторические и героические песни», «Культурные песни», «Элегические песни», «Москва и москвичи», «Образ Рейгана в советской литературе», десять Азбук, «Совы» (советские тексты), пьеса «Я играю на гармошке», а также «Обращения к гражданам» – листовки, которые Пригов расклеивал на улицах Москвы в 1986—87 годах (и за которые он был арестован). Наряду с известными произведениями в том включены ранее не публиковавшиеся циклы, в том числе ранние (доконцептуалистские) стихотворения Пригова и целый ряд текстов, объединенных сюжетом прорастания стихов сквозь прозу жизни и прозы сквозь стихотворную ткань. Завершает том мемуарно-фантасмагорический роман «Живите в Москве».Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Владимир
Владимир

Роман известного писателя-историка С. Скляренко о нашей истории, о прошлом нашего народа. Это эпическое произведение основанное на документальном материале, воссоздающее в ярких деталях историческую обстановку и политическую атмосферу Киевской Руси — колыбели трех славянских народов — русского, украинского и белорусского.В центре повествования — образ легендарного князя Владимира, чтимого Православной Церковью за крещение Руси святым и равноапостольным. В романе последовательно и широко отображается решительная политика князя Владимира, отстаивавшего твердую государственную власть и единство Руси.

Александр Александрович Ханников , В. В. Роженко , Илья Валерьевич Мельников , Семён Дмитриевич Скляренко , Семен Дмитриевич Скляренко

Скульптура и архитектура / Поэзия / Проза / Историческая проза