Читаем Под прицелом полностью

По их словам, в операции австрийцев участвовало несколько полицейских бригад. И это насторожило русскую разведку, таков был анализ отдела безопасности. Но тогда, спрашиваю я себя даже сегодня, что за задание, собственно, было у офицера по связи Франца. Ведь именно он должен был предотвратить эту дикую путаницу и неразбериху. Или, в конце концов, никаких полицейских из отдела по борьбе с наркотиками там и не было? Возможно, что австрийцы хотели вблизи посмотреть на действия БНД? Но об этом господа даже не думали. И если и думали, то они этим и удовлетворились. Но, собственно, почему они должны были думать?

С каким государственным размахом и помпезностью начиналась венская операция, и как легкомысленно, и не придавая значения, списали ее в архив. Все закончилось – и забудьте, таким было господствующее мнение. Но тут наши профессионалы разведки снова ошиблись. В своих расчетах они опять не учли противника.

Универсальные дилетанты и разносторонние любители

Если другие разведслужбы уделяют огромное внимание обучению, специализации и повышению квалификации своих кадров, то в БНД спецподготовка и профессионализация играют отнюдь не самую важную роль. Собственно, руководство ведомства уже много лет настаивает на улучшении уровня профессиональной компетентности своих сотрудников. Но на самом деле намерениям руководства исправить имеющиеся недостатки в подготовке работников мешает в первую очередь внутренняя структура Службы, а также, конечно, быстро меняющиеся профильные требования к сотрудникам.

Например, организованная самой Федеральной разведывательной службой Школа БНД в Хааре под Мюнхеном пользуется среди сотрудников плохой славой. Цели обучения кажутся сомнительными, методы давно устаревшими, а дидактическое изложение точно никак не отвечает велениям времени. Не случайно должность преподавателя в "шпионской школе" считается "отстойником" для тех разведчиков, кто уже не способен вести активную работу. Но главное в том, что профессиональная переориентация этого заведения так и не была осуществлена. Разумеется, при ней есть также курсы повышения квалификации и учебные курсы для сотрудников технических специальностей.

Что касается актуальности и злободневности, то тут преподаватели давно не в ладах со своим учебным материалом. Исключением можно назвать, пожалуй, обучение иностранным языкам, которое поставлено неплохо, хоть и недостаточно для службы, занимающейся внешней разведкой. Но преподавание основных предметов ведется кое-как и буквально влачит жалкое существование. За несколько лет обучения административным предметам основное внимание уделяется правильному заполнению финансовых отчетов за командировки, и куда меньшее – специфическим методам получения информации.

Если кратко, то отношение к внутрислужебной системе обучения и повышения квалификации складывается из смеси отрицания, антипатии, непопулярности и низкой оценки. А после того как молодой сотрудник в любой форме прошел вводный курс обучения – в Службе это называется "получить шпионский аттестат зрелости", для него начинается собственно работа в БНД. и именно здесь лежит основная причина следующей опасной системной ошибки. Если кто полагает, что БНД подчиняет свою организационную деятельность обычным административным правилам, свойственным всем учреждениям, а не наоборот, тот серьезно заблуждается. И именно это в течение многих лет приводит Службу на самых разных уровнях управления к параличу оперативной активности. Административный отдел, прозванный на жаргоне БНД "живыми помехами из Четверки" играет при этом беспощадную саморазрушающую роль. Давайте рассмотрим подробно эту проблему на примере карьеры молодого офицера Бундесвера, перешедшего на службу в БНД.

Однажды молодой офицер – предположим, что он уже старший лейтенант – сталкивается с вопросом, какой деятельностью в Службе он мог бы заниматься. Но из-за определенных административных правил и директив он может, естественно, выбирать только те функции, для которых есть свободные вакансии. И потому он, несмотря на все свои языковые и профессиональные знания, оказывается в одном из аналитических подразделений, например в том, которое занимается анализом сообщений прессы. Спустя два года, за которые он был совершенно неудовлетворен своей деятельностью, ибо видел, что способности его не используются в полную силу, его направляют в Южную Африку заместителем оперативника-агентуриста. Через девять месяцев, совершенно неожиданно ему присваивают звание капитана. Но для его нынешней должности такое звание не предусмотрено. Потому его снова переводят, на этот раз в сферу борьбы с незаконной торговлей оружием. Параллельно к этому он подает заявление на обучение на курсах офицеров генерального штаба при военной академии Бундесвера в Гамбурге. После этих курсов он может ожидать получения старшего или высшего офицерского звания.