Читаем Под прицелом полностью

На следующий день мне пришлось проснуться очень рано. Самолет мой улетал ранним рейсом, и потому тем субботним утром я был совсем один в зале для завтраков отеля "Интерконтиненталь". Мне только налили кофе, как в зал вошли еще три человека: двое мужчин среднего возраста и женщина несколько моложе их. Внешне они выглядели как восточноевропейцы, возможно, русские или белорусы. Стоило им сесть, как они удостоили меня долгим взглядом. Ели женщина и один из мужчин смотрели на меня неподвижно, то второй мужчина очень сильно наклонил голову. Это было похоже на настоящий поклон. Потом, как по команде, они отвернулись и больше ни разу не взглянули на меня. Странный случай, подумал я.

Может быть, господин в сером костюме в полосочку подал мне сигнал? Или у меня уже началась мания преследования? Или просто один был настроен дружески, а другие нет? Как мне было оценить этот маленький спектакль? Я был уверен, что в этом было что-то ненормальное. И моя поддержка, люди из "наружки", где они были в этот момент? Я очень рассердился на эту стаю. Они наверняка сейчас еще лежали в теплых кроватях или готовились к обратному путешествию в Мюнхен. Как раз сейчас, когда они были мне так нужны. Я решил быстро допить кофе и как-то связаться с коллегами. Я оставил недоеденную половинку круасана и побежал в фойе. Там никого не было. Никого!

С любопытством я двинулся назад в направлении зала для завтраков. Вдруг кто-то из наших людей уже спустился на завтрак? Ни души! А куда подевались три незнакомца? Их стол был пуст. Все стояло так, как будто они вернутся в любой момент. Полные чашки с чаем, бутерброды, бокалы с апельсиновым соком. Столик призраков.

Раздосадованный и в тоже время с некоторым облегчением, потому что казалось, что вся история закончилась, я возвращался домой. Мысль о том, что "Вольфганг" еще когда-нибудь позвонит, я постарался просто выбросить из головы.

"Испорченный телефон"

Любой нормальный человек справедливо предположил бы, что после завершения операции последует ее критический разбор. С одной стороны, мне, конечно, было любопытно узнать, какие ошибки были допущены в Вене. По крайней мере, полагал я, нужно было сделать соответствующий анализ. Наконец, следовало все проверить и изучить. С другой стороны, я не получил никаких стратегических директив на тот случай, если "Вольфганг" позвонит мне снова. Впрочем, ничего подобного не произошло. Никаких обсуждений, никаких инструкций. Девиз был один: ждать. Ответственные руководители снова по-страусиному спрятали голову в песок. Я был растерян и выходил из себя. На свои многочисленные запросы я получал уклончивые ответы. Еще до меня, как по "испорченному телефону", доходили отрывки из сказанного в ходе обсуждений на заседаниях руководящей клики Пятого отдела. К профессионализму это не имело никакого отношения.

Впрочем, из слухов, сплетен и доходящих до меня фактов я смог сложить достаточно полную картину того, как рассматривали эту проблему наши шефы. На конфиденциальных переговорах ответственных начальников все сводилось к одному: значение и масштаб неудачи следовало преуменьшать. Чем меньше сведений о ней просочится наружу, тем лучше. При этом они недооценили одно обстоятельство, которое, собственно, было им хорошо известно – сплетни и слухи внутри Службы. Нигде в мире, под покровом абсолютной секретности и доверительности сотрудники не сплетничают так, как в БНД.

Столовая, где многие коллеги собирались в обеденный перерыв, была настоящей биржей по обмену информацией. Порой у меня возникало впечатление, что плотность информации в этой шпионской столовой куда выше, чем в Аналитическом отделе. Торговля сведениями просто процветала. Разумеется, в ней участвовали только те, кто пользовался неограниченным доверием, но и тех было довольно много. Такие сведения всегда передавались из уст в уста, с дополнениями, вроде: "скажу только вам" или "совершенно исключительная информация". Кто-то из коллег так описал эту ситуацию внутри Службы:

"Если хочешь сообщить что-то кому-то в БНД, не говори это прямо ему, скажи кому-то третьему. Так он быстрее узнает".

И вот, как-то до меня дошло, пусть и обходным путем, как мой руководитель операции и его штаб оценили путешествие в Вену. Возможность ошибки, совершенной своими людьми, они отметали начисто. Этого не могло быть, потому что этого не могло быть никогда. Нет. Все было сделано безупречно. А когда они позже узнали, что австрийская служба по борьбе с наркотиками в окрестностях отеля проводила свою тайную акцию, они тут же нашли виновных.