Читаем Под маской, или Сила женщины полностью

«Энергичность в мужчине притягательнее, чем красота. Она права, но как стать энергичным, если решительно не на что тратить свою энергию?» — размышлял Ковентри, надвинув шляпу на глаза.

Через несколько секунд он услышал шелест женского платья. Не поворачиваясь, глянул в сторону и увидел, что по террасе идет мисс Мюир, видимо, навстречу Белле. На лужайку вели две каменные ступени. Он лежал с ними рядом, и мисс Мюир заметила его, только подойдя совсем близко. Она вздрогнула и шагнула назад на ступеньку, потом взяла себя в руки и поспешила дальше, бросив полный явственного презрения взгляд на распростертую в притворном сне фигуру. В рассказе Беллы его задело сразу несколько вещей, а этот взгляд рассердил окончательно, хотя он не желал в этом признаваться даже самому себе.

— Джеральд, сюда, скорее! — раздался голос Беллы с садовой скамейки, где она сидела рядом с гувернанткой. Та закрыла лицо рукой, как будто от боли.

Собравшись с силами, Ковентри медленно повиновался, причем невольно ускорил шаги, услышав слова мисс Мюир:

— Не зови его, Белла. Он-то чем поможет? — И ударение на «он» было очень многозначительным.

— Что там, Белла? — спросил он с видом куда менее сонным, чем обычно.

— Ты напугал мисс Мюир, и она подвернула лодыжку. Ну же, помоги ей вернуться в дом, потому что ей очень больно, и не лежи там больше, как змея в траве, ты людей пугаешь, — сердито обратилась к нему сестра.

— Прошу прощения. Вы позволите? — И Ковентри предложил ей согнутую руку.

Мисс Мюир бросила взгляд, вызвавший у него сильнейшую досаду, и холодно ответила:

— Это лишнее, мне подойдет и рука мисс Беллы.

— Позвольте в этом усомниться. — После чего решительным жестом, не допускающим никакого сопротивления, Ковентри продел ее руку в свою и повел к дому. Она беззвучно покорилась, сказала, что боль скоро утихнет, а когда ее уложили на кушетку в комнате Беллы, отослала его прочь, отрывисто поблагодарив. Он считал, что заслуживает большей признательности за столь непомерные усилия, однако отправился к Люсии, которая всегда радовалась при его появлении.

До чая мисс Мюир он больше не видел; здесь, в сельской глуши, они ужинали рано и никого не принимали. К ужину гувернантка, извинившись, не пришла, появилась лишь вечером, несколько бледнее обычного, слегка хромая. Но был сэр Джон, он разговаривал с племянником, и они едва обратили внимание на мисс Мюир, кивнув так, как джентльмены кивают гувернантке. Она медленно прошла на свое место за вазой, после чего Ковентри обратился к брату:

— Отнеси ей скамеечку под ноги и спроси, как она себя чувствует, Нед. — После этого он счел необходимым объяснить причину такой обходительности дяде и сказал, что травму она получила из-за него.

— Да-да. Я все понимаю. Довольно симпатичная юная особа. Не красавица, но образованная, воспитанная, а это для человека ее положения даже важнее.

— Не хотите ли чаю, сэр Джон? — прозвучал тихий голос у самого его локтя: там стояла мисс Мюир с чашками для джентльменов.

— Благодарю вас, — откликнулся сэр Джон, от всей души надеясь, что она его не расслышала.

Взяв свою чашку, Ковентри любезно произнес:

— Вы явно не из злопамятных, мисс Мюир, раз обслуживаете меня, хотя я и причинил вам такую боль.

— Это моя обязанность, сэр, — ответила она тоном, в котором явственно слышалось: «Но удовольствия я не испытываю». После чего она вернулась на свое место — очаровательно улыбаться и болтать с Беллой и ее братом.

Люсия крутилась возле дяди и Джеральда и сумела завладеть их вниманием, однако ее явно смущало, что их взгляды то и дело обращались к жизнерадостной группе у стола, что их отвлекали долетающие оттуда частые взрывы смеха и обрывки оживленного разговора. В середине рассказа о некоем трагическом происшествии, который Люсия попыталась по мере сил приукрасить, сэр Джон вдруг расхохотался и так выдал, что слушает историю повеселее, чем у нее. Люсия раздосадованно произнесла:

— А я вот знала! У Беллы нет ни малейшего представления о том, как положено вести себя с гувернанткой. Они с Недом начисто забыли о своем положении и скоро избалуют эту особу. Она проявляет определенную самонадеянность, и если тетушка не даст себе труда своевременно уведомить об этом мисс Мюир, это сделаю я.

— Только прошу, позволь ей закончить историю, — сказал Ковентри, ибо сэр Джон уже отошел к столу.

— Если этот вздор так тебя занимает, почему бы тебе не последовать дядюшкиному примеру? Я без тебя обойдусь.

— Спасибо. Я так и сделаю.

И Люсия осталась в одиночестве.