Когда Йонатан Н. Гриф проснулся почти в десять часов утра, его не мучили угрызения совести. Вечер был долгий, и, само собой разумеется, он не подскочил с постели, как обычно, в половине седьмого. Но он ощущал легкое душевное похмелье, какую-то щемящую грусть, неопределенное… Ну, что-то неопределенное.

Но, едва он сел на кровати, эти ощущения улетучились, так как при виде ежедневника Йонатан вспомнил, что решил несколько часов назад. Он непременно предложит Леопольду пожить у себя некоторое время.

Йонатан отправился в ванную в хорошем настроении, долго принимал душ, потом оделся, но не в спортивную форму, – какой смысл это делать после душа? – а в штаны и свитер с высоким воротом. Свою ежедневную пробежку он совершит позже. Или вообще сегодня не будет бегать – дерзкая мысль! Ему просто так хотелось. Совет Леопольда следовать принципу «мне так больше нравится» Йонатан теперь воспринимал как нечто очевидное, как и отказ от употребления углеводов после шести.

По меньшей мере.

Он сбежал вниз по лестнице, подошел к комнате Тины и постучал.

Дверь открылась внутрь, и Йонатан отошел на шаг, чтобы не смутить гостя: вдруг тот был еще не одет?

– Леопольд! – крикнул он. – Доброе утро, это я, Йонатан!

Ожидая ответа, он развеселился оттого, что назвал свое имя. А кому еще было стоять на пороге этой комнаты? Но изнутри не доносилось ни звука. Йонатан снова деловито постучал в дверь.

– Леопольд? Ты уже проснулся? Ну-ка быстро вылезай из-под одеяла!

Никакого ответа. Йонатан постучал еще раз, потом вошел.

В комнате никого не было, дверь в ванную была распахнута, и там Йонатан тоже никого не обнаружил.

Постель была не убрана, поверх одеяла лежал цветастый халат и использованное полотенце. Но кроме этого здесь больше ничто не напоминало о присутствии другого человека.

Удивленный, Йонатан вышел в коридор. Куда же запропастился Леопольд? Йонатан взглянул на вешалку: армейская шинель исчезла, как сквозь землю провалились и ботинки его нового друга.

Добрые намерения Йонатана как ветром сдуло.

Неужели он действительно оказался полным идиотом? Неужели он отбросил все предубеждения только лишь для того, чтобы его обвел вокруг пальца пройдоха и обманщик? Неужели этот человек просто воспользовался гостеприимством и уже давно испарился со всем, что только смог унести? А Йонатан даже не запер комнаты, где находились самые ценные вещи – кабинет и столовую (хорошее столовое серебро!), – и, благодушно настроенный и одурманенный вином, отправился спать.

Неужели он действительно такой, как выразился Леопольд, «остолоп»?

Очевидно, да.

Йонатану даже мерещилось, что его отец Вольфганг громко и злорадно смеется над ним: его «никчемный сын» снова доказал свою жизненную несостоятельность. Интуиция? Ха-ха-ха, что еще за интуиция?!

Нет. Йонатан Н. Гриф расправил плечи. Такое могло бы произойти с каждым. С любым человеком, который еще придерживается моральных принципов и соблюдает правила приличия, который…

Ах, к чему этот внутренний диалог? Лучше бы Йонатану быстро проверить, какие ценные вещи унес Леопольд, а потом позвонить в полицию. Пусть полицейские посмеиваются над ним, главное – они выполнят свою работу и схватят вора. В своих драных башмаках этот Леопольд наверняка далеко не уйдет.

Прошло полчаса. Йонатан перерыл весь дом.

Все на месте.

Не пропало ни единой вещи. Ни столовое серебро, ни наличные, которые Йонатан хранил в ящике письменного стола, ни единой запонки, не исчез даже пластиковый контейнер с веранды, который можно было продать. Все на месте.

Все, кроме Леопольда.

Несколько растерянный, Йонатан прошел в кухню, чтобы приготовить чай. И только тут, на винной полке, заметил пропажу. Вот тут уже кое-чего не хватало: промежуток был размером в три или четыре бутылки. Йонатан быстро развернулся и прошел в столовую, где в углу стоял шкаф-бар. Здесь тоже не хватало бутылок, это Йонатан сразу заметил. Он подошел ближе и обнаружил, что пропали виски и джин. Дорогая граппа, которую Йонатан покупал для гостей, стояла на месте. Только вот бутылка оказалась почти пустой. Йонатан глубоко вздохнул. И тут заметил записку под бутылкой граппы. Он взял ее в руки, сел за обеденный стол и принялся расшифровывать почти нечитабельные каракули.

Мой дорогой друг,

Сдается мне, что на необитаемом острове я встретил парня с флягой. Мне очень жаль: этой ночью искушение оказалось слишком большим. Я искренне благодарен тебе за вечер и гостеприимство, и мне стыдно, что пришлось так сильно тебя разочаровать.

Твой Лео

P. S.: Если бы я был тобой – а я рад, что тобой не являюсь, убежден в этом (ты, конечно, правильно поймешь эту подколку, друг мой), – я бы ухватился за этот ежедневник и распутал бы дело. Такой подарок выпадает не каждый день. Хотел бы я когда-нибудь получить нечто подобное.

Йонатан прочел записку еще дважды. Потом взял карандаш из чашки, которая стояла в серванте рядом со столом, и добавил запятую, которой не хватало после фразы «если бы я был тобой». Больше не раздумывая над этим, Йонатан прошел в кухню и выбросил карандаш и записку в мусорное ведро.

Глава 30

Ханна