Читаем Почему гибнут империи полностью

Римляне предпочитали воспитывать своих детей в строгости до знаменитого «кризиса Отцов и Детей», случившегося почти на самом пике римского взлета. То было время древнеримского Ренессанса, о котором нам еще предстоит поговорить ниже… Суровый Катон Старший — живое воплощение Деревни в римской ментальности, несмотря на то, что жил в переломную ренессансную эпоху, воспитывал своего сына так, как, он полагал, должен был воспитывать сына настоящий римлянин. В принципе у Катона, как у всех приличных людей, был ученый раб, в обязанности которого входило воспитание и обучение детей. Но Катон предпочитал учить сына сам. Он учил его скакать на лошади, переносить зной и холод, владеть оружием, бороться, плавать. Подобная система обучения была типичной. Любопытный вывод делает французский историк Поль Гиро: «Такое воспитание имело то преимущество, что делало тело крепким, характер твердым, душу дисциплинированной и слепо подчиняющейся законам. Ему, без сомнения, Рим обязан тем, что добился владычества над всем миром, причем ни разу во время самых великих бедствий его граждане не падали духом… Но такая система воспитания имела и свою обратную сторону. Практический интерес оказывался единственным руководящим правилом жизни; ничего не делалось для развития нежных свойств сердца…»

По поводу «нежных свойств сердца» он был не совсем прав. Античный характер римской цивилизации не мог не привнести в римское сердце хоть немного культурки. Но двигателем римской цивилизации была все-таки разность потенциалов — вечная борьба двух противоположностей, которые в терминах этой книги мы называем Городом и Деревней. И происходила она в римском сердце, которое разрывалось между Общественным и Личным, Крестьянством и Торговлей, Войной и опять-таки Торговлей, Суровостью и Изнеженностью, Простотой и Сложностью.

Так, хватит пафоса… Ближе к фактам. Одним из преимуществ Городской (античной) цивилизации перед Деревенской (аграрной) была аномально высокая грамотность. Скажем, во Франции XVI века грамотными были только 3 % мужчин. В Древнем Риме — практически все. Это следствие более высокого значения торговли в античном мире. Следствие урбанизма. И, наконец, следствие более простого (по сравнению с иероглифическим, например) алфавитного письма.

А что дает стране высокий уровень грамотности? А то, что демократизация образования предельно расширяет социальную базу инноваций… О как сказал! Сам-то понял?.. Сейчас попробуем попроще.

Почему СССР блистал спортивными успехами? «Потому что народу у нас много! — как-то раздумчиво произнес мой папа, смотря по телевизору хоккей. — Проще выбрать сто гениальных спортсменов из двухсот миллионов человек, чем из десяти миллионов, как в какой-нибудь Чехии. Выбор у нас больше!»

В этом есть логика. Но не вся. Помимо месторождения нужен экскаватор. Нужна система, которая черпает ресурс. Этой системой были в Совке детские спортивные секции и школы. Именно они производили первый отсев. Далее «самородное золото» передавалось наверх.

Так вот, общеобразовательная школа — это такой уникальный социальный инструмент, который не только черпает ресурс, но отчасти и творит его! Поголовно грамотный народ производит культуры больше, чем поголовно неграмотный. А культура полезна тем, что создает общее смысловое поле. Творит цивилизованное пространство.

Неграмотный талант никогда не станет писателем. Грамотный талант может стать писателем, как им стал, например, Плавт — древнеримский драматург, который в своих пьесах отразил терзавший Рим конфликт Отцов и Детей. То, чем болело римское общество, он выплеснул на сцену, осветил, заставил еще и еще раз проговаривать, обсуждать на площадях и в атриумах.

…У вас проблемы? Вы хотите об этом поговорить?.. Это полезно: говорить о проблемах — значит лечить их…

Актуальная пьеса, которую видят в театре сотни, тысячи зрителей — часть необходимого обществу информационного обмена. Что особенно важно в отсутствие газет, телевидения и радио. А вот как всеобщее образование влияет на военные успехи…

Во время Третьей Пунической войны римскими войсками в Африке командовал полный бездарь, даже фамилию его не буду называть, чтобы не засорять ваши мозги — в этой книге и без того будет масса имен, более достойных упоминания. У этого бездаря в войске служил один офицер — дико талантливый парень, на котором, собственно, все и держалось. Его подразделение несколько раз в боях спасало всю римскую армию. Только его легион — единственный в римской армии — не боялся местных партизан, когда приходилось выходить из лагеря на фуражировку (коней кормить, попросту говоря). Напротив! Партизаны прятались по норкам, когда из лагеря показывались штандарты этого подразделения.