Право избирать у народа таким образом никто не отнимает. Оно просто делается платным. То есть ответственным. Ведь халява не ценится. За халявным избирателем бегают с урной и умоляют: «Ну, пожалуйста, кинь бамажечку!» Не нужно умолять! Управление республикой — это привилегия гражданина. А за привилегии надо платить. Это нужно не для того, чтобы пополнить бюджет, разумеется. А только и исключительно для того, чтобы повысить градус ответственности человека за его выбор — хотя бы в пределах жалких ста долларов. Это абсолютно другое психологическое ощущение! Люди ценят только то, за что платят. Вынимая деньги из кармана, сто раз подумаешь, за кого голосовать — вот первое преимущество платной демократии. Второе преимущество — финансовый барьер отсечет от урн самый опасный контингент — люмпенов: алкоголиков, малограмотных, ленивых, тупых, ностальгирующих по прежним временам и пр. Так мы поставим цивилизационный барьер против волны «внутреннего варварства».

Процесс люмпенизации проходил и в Риме. Приезжая в метрополию в качестве рабов и постепенно обретая свободу и гражданство, вольноотпущенники становились горожанами-люмпенами и обретали право голоса. Покоритель Карфагена Сципион Младший, протестуя на Форуме против социалистических экспериментов Гракхов, с укоризной бросал агрессивной и социалистически настроенной римской толпе: «Многих из вас я привел в Рим закованными. И теперь, будучи раскованными, вы не заткнете мне рта!» Он был образованный аристократ и имел много больше моральных прав и знаний для управления республикой, нежели вчерашние кандальники.

Нынешние варвары Третьего мира, приезжая на Запад, сначала оседают в своих национальных кварталах и гетто. Потом под влиянием города их родоплеменная деревенщина начинает размываться и через одно-два поколения эти люди превращаются в люмпенов. Люмпен — это, конечно, не очень хорошо. Это перегной. Но перегной все же лучше, чем чистое дерьмо. Из него может вырасти пристойный плод. Такой же прекрасный, как Фарид Закария, например.

Так вот, государству с предлагаемой мною системой платной… нет, лучше сказать ответственной демократии, которая ставит барьер перед люмпенами, не страшна даже волна внешней варваризации. Потому как все ясно и прозрачно: хочешь что-то решать в этой стране — зарабатывай. Для России, кстати, с ее просторами и быстро убывающим населением это вдвойне актуально. Нас, слава богу, окружает кольцо бывших провинций, где люди знают русский язык и еще не стряхнули нашу культуру. И нас еще не захватила пораженческая зараза мультикультурализма, наш президент еще говорит правильные слова о цивилизаторской роли России по отношению к ее окраинам… (Когда я это услышал в речи Путина, вздрогнул: это он из моей работы цитату выдернул — о «цивилизаторской роли России»! Во всяком случае, мне хочется так думать…) Поэтому Россия должна немедленно и безусловно дать гражданство всем русскоговорящим из бывших провинций, кто письменно изъявит желание таковое гражданство получить. Но дать «промежуточное» или «испытательное» гражданство, чтобы люди могли беспрепятственно работать и платить налоги, но в течение 5-10 лет не имели права претендовать на любые финансовые или натуральные льготы. (Подобные неполные права были у многих провинциалов Древнего Рима, кстати.) Никаких очередей на бесплатные квартиры, никакой бесплатной медицины, никаких пособий по безработице, разумеется, — ты же работать приехал!.. А через 5-10 лет — окончательное полноправие. Голосовать в течение этих «испытательных» лет можно только на муниципальном уровне. А после — на любом уровне, но, как и все прочие граждане, за деньги, то есть неся перед самим собой ответственность за свой выбор.

Такая система будет прекрасной преградой перед волнами внешнего и внутреннего варварства.

<p>О дивный, чудный мир</p>

Но последняя империя — Четвертый Рим, Соединенные Штаты Америки — все-таки рушится!

Рушится. Но не последняя. Будет еще Пятый Рим — Глобальная империя. Планетарная. Но империей это сообщество можно будет назвать с большим трудом. Равно как и демократией. Равно как и государством вообще.

Антиглобалисты очень боятся, что образуется один центр власти, диктующий миру, как ему жить. Нет, это будет, скорее, сетевое общество — комплекс жизнеобеспечивающих систем с многочисленными центрами власти. Систем транспортных, информационных, охранных, консультационно-координирующих, производящих, развлекательных, финансовых… Общим будет только минимальный набор юридических, экономических и прочих правил, на которых станет нарастать цивилизационное мясо в каждом конкретном географическом месте — в зависимости от природных условий этого места. Итак, в глубине — единая решетка, а сверху — живые и разнообразные цветы гражданского общества. Стандартизация по базе, но разнообразие в проявлениях.

— Война между культурами движет технологии, — это, пожалуй, последний аргумент против сетевого мира. — Если все будут жить в едином сетевом мире без войн, прогресс замрет.