Читаем Почему гибнут империи полностью

Да, друзья мои. Я не люблю народ. Точнее, народы. Отдельные люди попадаются замечательные! Но как только они собираются в толпу или, еще хуже, в народ — пиши пропало. Караван судов идет как самое медленное судно. Народ мыслит как самые глупые его представители. Ну или, в лучшем случае, как средние…

От «народности» нужно избавляться, а не стремиться к ней с объятиями политкорректности и мультикультурализма. И букет демократии, как это делают морские пехотинцы США, нести народам, тем более отсталым, весьма опасно. Римляне, кстати, не носили, а старались оставить у варваров то правление, к которому они привыкли, будь то царь или религиозный парламент — синедрион.

Особенно опасен народ, вооруженный демократией, в отсталых странах. Там все эти игры в демократию быстро заканчиваются анархией и приходом к власти диктатора. И тут Запад сам виноват: нельзя распространять правила «взрослых» стран на «недоразвитые».

В последнее время в разных изданиях по всему миру замелькала такая цифра: если в стране, где внедряется демократия, доход надушу населения менее 3 000 долларов в год, росток демократии не приживается — через 8-15 лет мучений демократия неминуемо перерождается в авторитаризм или даже в тоталитаризм. Эту цифру (3 000 $) газетчики списали у американского мыслителя пакистанского происхождения Фарида Закарии (прекрасно ассимилированный варвар!), который приводит ее в своей книжке «Будущее свободы». В России начала девяностых, когда росток демократии был приживлен, доход держался на отметке много меньше роковой суммы. Прошло десять лет. Итог закономерен…

Это значит, что демократия, как водка, полезна только экономически взрослым странам, а у детей она вызывает головокружение от успехов. Привнесенной на заморских штыках демократией туземные элиты тут же воспользовались, но на свой лад: стали микроскопом демократии забивать гвозди личных выгод. И оказалось, что демократия очень даже может быть несправедливой, нелиберальной. Она может служить укреплению власти авторитарных правителей, как это происходит в большинстве стран СНГ. В Белоруссии диктатор Лукашенко с помощью абсолютно демократичного референдума остался на третий срок. Похожие «демократии» есть и в других частях света. А в Зимбабве, например, президент Мугабе правит уже более 30 лет и постоянно переизбирается 90 % голосов.

Почему так произошло? Проблема в большой дистанции между уровнем жизни в стране и уровнем образования элиты. Дикарь из каменного века ничуть не страдает из-за того, что его жрут вши, а жить ему приходится в грязной тростниковой хижине. Но если он получил образование в Париже, захочет ли он возвращаться кормить вшей в свою африканскую деревню? Все познается в сравнении — ни один попробовавший халву цивилизации, не желает больше вкушать дерьмо родного края. Посмотрите, даже самые упертые мусульманские теоретики, также как и дедушка Ленин когда-то, предпочитают теоретизировать о мусульманской идее в женевах, парижах и лондонах, а не в своих кишлаках.

Запад в европейских университетах вырастил всю туземную элиту всех своих бывших колоний. И вот, оставшись без присмотра, загородившись от Запада ширмой демократии, туземные элиты начали жадно хапать, поскольку отчетливо сознавали, что, руководя своим народом, жить как народ они не хотят. Просто потому, что видели гораздо лучшую жизнь — в Европе. И себе такой жизни хотят. И прекрасно понимают, что их страна всем гражданам такой уровень жизни обеспечить не сможет. Отсюда волчья грызня между элитами, гражданские войны, продажа всего, что может продаться, на тот же Запад… Компрадорство, короче.

И «демократия» здесь — только помощник для вороватых элит. Во-первых, потому что застит глаза Западу, ибо магическое заклинание «так хочет народ» мгновенно усыпляет западную общественность. А во-вторых, как верно отмечают политпсихологи, бедным народом очень просто манипулировать, ибо бедный глуп и верит всему, даже богу.

Американцы очень любят внедрять везде демократию, потому что «народ» — священная корова современной политики. Пусть, мол, народ решает. Он вам нарешает… Именно народ проголосовал за то, чтобы Сократ выпил чашу яда. Дай народу волю, завтра преступников начнут казнить на площадях и мы опять скатимся в Средневековье…

Перейти на страницу:

Все книги серии Без цензуры

Духовные скрепы от курочки Рябы
Духовные скрепы от курочки Рябы

Об ужасном с юмором — вот что можно было бы сказать про эту книгу, которая в неповторимой авторской манере сепарирует дискурс духовных ориентиров человечества — от иредковых форм, сквозь эмбриональную стадию развития, бурный рост к постепенной мучительной деградации. «Невероятно смешная вещь!» — говорят про «Курочку Рябу» одни люди. А другие в гневе плюются, называя автора лютым безбожником, которым он, впрочем, совершенно не является. Просто автору удастся примечать в привычном и знакомом неожиданное и парадоксальное. И этот взгляд, опирающийся на богатейшую фактуру, все переворачивает в глазах читателя! Но переворачивает в правильном направлении — он вдруг понимает: черт возьми, все наконец стало на свои места! Прежние неясности обрели четкость, мучительные вопросы ушли, растворившись в ироничной улыбке понимания, а мрак таинственности рассеялся.

Александр Петрович Никонов

Публицистика / Документальное
Моя АНТИистория русской литературы
Моя АНТИистория русской литературы

Маруся Климова на протяжении многих лет остается одним из символов петербургской богемы. Ее произведения издаются крайне ограниченными тиражами, а имя устойчиво ассоциируется с такими яркими, но маргинальными явлениями современной российской культуры как «Митин журнал» и Новая Академия Тимура Новикова. Автор нескольких прозаических книг, она известна также как блестящая переводчица Луи-Фердинанда Селина, Жана Жене, Пьера Гийота, Моник Виттиг и других французских радикалов. В 2006 году Маруся была удостоена французского Ордена литературы и искусства.«Моя АНТИистория русской литературы» – книга, жанр которой с трудом поддается определению, так как подобных книг в России еще не было. Маруся Климова не просто перечитывает русскую классику, но заново переписывает ее историю. Однако смысл книги не исчерпывается стремлением к тотальной переоценке ценностей – это еще и своеобразная интеллектуальная автобиография автора, в которой факты ее личной жизни переплетаются с судьбами литературных героев и писателей, а жесткие провокационные суждения – с юмором, точностью наблюдений и неподдельной искренностью.

Маруся Климова

Биографии и Мемуары / Публицистика / Проза / Современная проза / Документальное
Растоптанные цветы зла
Растоптанные цветы зла

Маруся Климова – автор нескольких прозаических книг, которые до самого последнего времени издавались крайне ограниченными тиражами и закрепили за ней устойчивую репутацию маргиналки, ницшеанки и декадентки. Редактор контркультурного журнала «Дантес». Президент Российского Общества Друзей Л.-Ф. Селина. Широко известны ее переводы французских радикалов: Луи-Фердинанда Селина, Жана Жене, Моник Виттиг, Пьера Гийота и других. В 2006-м году Маруся Климова была удостоена французского Ордена литературы и искусства.«Моя теория литературы» по форме и по содержанию продолжает «Мою историю русской литературы», которая вызвала настоящую бурю в читательской среде. В своей новой книге Маруся Климова окончательно разрушает границы, отделяющие литературоведение от художественного творчества, и бросает вызов общепринятым представлениям об искусстве и жизни.

Маруся Климова

Публицистика / Языкознание / Образование и наука / Документальное
Чем женщина отличается от человека
Чем женщина отличается от человека

Я – враг народа.Не всего, правда, а примерно половины. Точнее, 53-х процентов – столько в народе женщин.О том, что я враг женского народа, я узнал совершенно случайно – наткнулся в интернете на статью одной возмущенной феминистки. Эта дама (кандидат филологических наук, между прочим) написала большой трактат об ужасном вербальном угнетении нами, проклятыми мужчинами, их – нежных, хрупких теток. Мы угнетаем их, помимо всего прочего, еще и посредством средств массовой информации…«Никонов говорит с женщинами языком вражды. Разжигает… Является типичным примером… Обзывается… Надсмехается… Демонизирует женщин… Обвиняет феминизм в том, что тот "покушается на почти подсознательную протипическую систему ценностей…"»Да, вот такой я страшный! Вот такой я ужасный враг феминизма на Земле!

Александр Петрович Никонов

Публицистика / Прочая научная литература / Образование и наука / Документальное
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже