— Поговаривают, что гостиницу хотят продать городу, а там уже будет новый хозяин и, возможно, придется сворачиваться. Поэтому соберись, тебе нужны деньги, а мне это место. Не время расслабляться. Хорошо?

— Да, хорошо. Я готова.

— Ну, нет, сейчас пойдешь домой, я вызову такси.

— Нет, я пройдусь.

— Точно?

— Да, — Оля подошла к зеркалу, посмотрела на свое покрасневшее лицо, улыбнулась и сказала. — Я пойду.

— Постой. Вот, — Жанна протянула ей конверт. — Это твой сегодняшний заработок. Сегодня проценты не беру, подарок.

— Спасибо.

— Спасибо скажешь, когда закроешь долги. Все, топай, завтра к двенадцати.

— Не могу.

— Как так? — удивилась Жанна.

— В час массаж, а в четыре танцы, только к шести освобожусь.

— Хорошо, сразу сюда. Будем работать. Ну-ка, посмотри на меня, улыбнись. Да ты моя прелесть. Беги.

Оля положила конверт в сумочку и отправилась домой. Хотелось покаяться, но прекрасно знала, что это не поможет. Она сделала этот шаг осознано, причина тут не важна. Втайне даже понравилось, и от этого на душе было еще противнее.

— Дом, милый дом, — сказала Оля, закрывая за собой дверь.

Она посмотрела на конверт, открыла и вытряхнула содержимое на стол. 300$, от увиденного ей стало весело, словно выиграла приз. Для Оли это были большие деньги, она сразу же подсчитала, сколько это в рублях, и прикинула, кому и сколько сможет закрыть.

Оля открыла свою тетрадь и внесла в таблицу сумму погашения с пометкой большой буквы «П», что могло означать только одно — проститутка. Теперь у нее была бесперспективная и унизительная работа, но она давала то, что ей так нужно, а именно — деньги.

Утром Оля убежала в банк, чтобы погасить часть кредита, а после ушла к Игорю на работу, чтобы проконтролировать процесс работы. Потом она отправилась на курсы, и уже ближе к пяти часам пришла в гостиницу.

Клиентов было немного, это не работа на трассе. Иногда Оля просто поддерживала разговор, и этого было достаточно, чтобы заработать еще сотню долларов. Но были дни, когда приходилось отрабатывать, как говорится, по полной. Но она стала привыкать, появилась своя манера поведения, слова и темы для бесед.

— Здравствуй, милый.

Оля нашла возможность и приехала к Вадиму в поликлинику.

— У тебя появились лишние деньги? — возмутилась его мама, но Оля не обратила на ее слова внимания, а подойдя к кровати мужа, присела на стул.

— Как ты?

— Смотри, — он нажал на пульт, и спинка кровати стала подниматься.

— А это не вредно?

— Нет, надо четыре раза в день по полчаса так сидеть. Сказали, что через неделю отправят обратно, а там реабилитация. Буду заново учиться ходить.

— Здорово, — обрадовалась она и, взяв его руку, стала целовать каждый его пальчик. — Соскучилась по тебе, всего исцелую и затискаю.

— Было бы неплохо, а то тут как в монастыре.

Оля была счастлива, что муж шел на поправку, но Галина Анатольевна опять ее расстроила, сказав, что еще не все закончено со спиной и потребуется купить домой специальную кровать, которая, опять же, стоит немаленьких денег.

— Хорошо, — спокойно сказала она. — Купим.

23. Тогда махнемся

— Разрешите представить нашу команду. Елена Борисовна, наш юрист, Лев Геннадьевич, финансовый консультант, Ольга Николаевна представляет интересы наших акционеров.

Оля случайно попала в эту команду. Она как и обычно пришла в гостиницу. Ирина, черноволосая девушка, была у клиента, а Надя, рыженька хохотушка, прыгала на сцене. Оля читала статью по бирже, в последнее время она стала интересоваться этой темой. После того как Жанна сказала, что ее бизнес в гостинице может быть закрыт, Оля задумалась, что делать дальше.

— Торгуете? — спросил мужчина, посмотрев на графики цены.

— Нет, — честно призналась она, понимая, что стоит задать хотя бы один вопрос по теме, как она сразу сядет в лужу.

— Всем хочется иметь больше, но в результате даже самые удачливые игроки часто разоряются.

— Почему?

— Всему виной жадность, она притупляет внимание. Извините, я отвлек вас, — и мужчина тут же удалился.

Оля понимала, что акции растут, но вот почему? Если у предприятия есть 100 акций, и они как выпускали каждый год свой товар, так и не увеличили объем, то почему эти акции могут упасть или наоборот подняться. Она понимала, что стабильность или, наоборот, риск рынка, может влиять. И все же Оля осознавала главное, что все это спекуляция. Очень часто одну или несколько акций завышали, старались скупить, чтобы после просто продать. А ведь находятся те, кто покупает.

Зазвонил телефон.

— Да.

— Оль, подойди на ресепшен, я тебя жду.

— Иду.

Она встала, поправила юбку, взяла пиджак, что висел на спинке и, надев его, вышла в фойе. Жанна разговаривала с тем самым мужчиной, что еще минуту назад спросил ее про биржу.

— Добрый вечер, — по-деловому поздоровалась она с мужчиной, словно первый раз его увидела.

— Познакомься, Соколов Петр Игнатьевич, ему нужен переводчик. Ты говорила, что училась на него.

— Да, но только разговорный, не технический.

— Этого достаточно, — сказал мужчина.

— А что-то надо перевести?