Читаем Побег (ЛП) полностью

Он не использовал презерватив.

И теперь, когда Лука поимел ее, у него нет реальной причины оставлять Вэл в живых.

— Это было хорошо, — сказал он ей, и в комплименте прозвучало презрение. Вэл пристально посмотрела на него, пытаясь успокоить замерзшие конечности, и подумала о краске из баллончика на доме своих родителей. Ее собственная алая буква, на всеобщее обозрение. Шлюха.

— Пойдем. — Лука снова взял ее за запястье, и она последовала за ним, стараясь не хромать. Его единственной уступкой ей стало небольшое замедление шагов. — Эта ночь принадлежит нам.

«Ночь принадлежит охотникам, — подумала Вэл. — Не добыче».

Они прошли под мигающим уличным фонарем. Мертвые неоновые вывески мерцали под вспышками холодного света. Лицо Луки в тени походило на череп мертвеца, а ее собственная рука в его руке казалась окаменевшей, как мрамор. Он выглядел маниакально… устрашающим.

Вэл еле волочила ноги.

— Мне нужно зайти в аптеку.

— Зачем? — Он посмотрел на нее сверху вниз. — Ты больна?

— Ты не… использовал защиту. — Жар пополз вверх по ее шее унизительными красными полосками. — Я… — Она выдавила слова, выплевывая их, как шрапнель. — Мне нужно принять таблетку.

— Ты не проживешь достаточно долго, чтобы размножаться, — очаровательно сказал он. — Не забивай этим свою хорошенькую головку.

Она остановилась, ее лицо исказилось от отвращения и ужаса. Размножение такое уродливое, животное слово… как течка. Лука дернул ее за запястье, отчего Вэл, спотыкаясь, бросилась к нему, как кукла, и она почувствовала, как на спине выступил свежий пот. Вэл подумала… Ну, она не была уверена, что именно подумала. Лука с самого начала ясно дал понять о своих намерениях.

— Я бы чувствовала себя лучше, — дрожащим голосом настаивала она. — Пожалуйста.

Он пожал плечами.

— Если настаиваешь.

Они нашли круглосуточную аптеку. Она больше походила на небольшой отдел, чем на полноценный магазин. Лука ждал за дверью, блокируя единственный выход, в то время как Вэл зависла перед лекарствами.

«Я могла бы попросить о помощи, — поняла она, когда этикетки расплылись, как будто напечатаны на иностранном языке. Она посмотрела на кассира средних лет. — Я мог бы заставить его позвонить в полицию вместо меня».

Но ей придется объяснить: кто она такая, что происходит. Это прозвучит безумно. Кассир мог бы не понять — не сразу. К тому времени, когда он это сделает, будет уже слишком поздно.

(Валериэн Кимбл означает невезение)

Она чувствовала настороженный взгляд Луки даже из-за витрины. Он без колебаний причинил бы боль и ей, и любому, кого она втянула бы в это. Она могла не сомневаться. Возможно, он и не психопат, каким был его брат, но ему явно не хватало морали.

(Скольких психов она трахнула?)

Быстро, как будто скорость может победить демонов в ее сознании, Вэл схватила то, что ей нужно. Три коробки таблеток экстренной контрацепции, погребенные под раменом, шоколадными батончиками и бутылкой холодной воды, выхваченной в последнюю минуту из холодильника. Кассир пробил ее покупки, одарив опытным, мертвым взглядом человека, который видел и похуже.

Она уронила сдачу, когда передавала наличные — «это так дорого, почему я схватила так много» — и бросила взгляд на Луку, чье лицо выражало нетерпение. Кассир тяжело вздохнул, наклоняясь, чтобы помочь ей собрать рассыпавшиеся монеты, пока Вэл дрожала.

— Что ты ему сказала? — потребовал Лука, когда она вышла, сжимая свой пакет.

— Кассиру? — Она посмотрела на него, сжимая пальцы. — Н-ничего.

Он вырвал у нее пакет, порылся в нем, прежде чем отдать обратно. «Я должна была взять оружие», — запоздало поняла она. Эта мысль просто не приходила ей в голову. Она смирилась с ситуацией и с Лукой, как будто они неизбежны.

«Идиотка. Неудивительно, что ты продолжаешь попадать в подобные ситуации».

Безжалостный фатализм шептал Вэл, что если Лука убьет ее сегодня, то таких ситуаций больше не будет. Никогда.

— Лука, — обратилась она, и он посмотрел на нее.

Этот взгляд заставил ее голос застыть в горле.

— Не важно, — прошептала она.

Они шли, как ей показалось, несколько часов. Ноги Вэл стали резиновыми. Завтра работа официанткой превратится в особый ад — если она проживет достаточно долго, чтобы встретить следующий вечер.

— Куда мы идем? — спросила она, но Лука не ответил, не хотел отвечать.

Но ее страх сделал это за него.

Вэл еще не познакомилась с той частью города, в которой они находились. Все было залито неоновыми и сверкающими огнями. Все здания стояли побеленными или ярко раскрашенными. Это не район Хейт-Эбери. Она посмотрела на листовку, приклеенную к фонарному столбу местной галереи, рекламирующую показ «Бархатной бензопилы» в тандеме с новой выставкой. И не Тендерлойн тоже.

Здесь было больше людей, толпившихся перед увешанными маркизами зданиями. Она чувствовала запах чеснока, пота и приторный запах марихуаны. Лука сжал ее запястье, когда они проходили мимо другой пары, достаточно близко, чтобы коснуться.

— Не кричи, — предупредил он, понизив голос. — Я быстро обращаюсь с ножом.