Читаем Победители недр полностью

К обычным занятиям Володи прибавились новые, необыкновенно увлекательные, наполненные неожиданностями, открытиями, сюрпризами. Он был неутомим. Он тормошил расспросами Малевскую, Брускова, Мареева, понимал с полуслова их объяснения, радуя всех взрослых членов экспедиции своей сообразительностью и сноровкой. Его техническая подготовка давала им возможность разговаривать с ним, как с равным.

Мареев проходил с ним на практике курс управления моторами, штанговым аппаратом, аппаратом кривизны, колоннами давления; Малевская обучала его обращению с киноаппаратами, расшифровке снимков, управлению аппаратами климатизации и минерализации, обращению с газовыми масками и скафандрами; Брусков передавал ему все необходимые знания по радиотехнике, по ремонту осветительной сети, наблюдению за барабанами, по управлению торпедой, заставляя его часами работать в ней, разбирать, собирать и приводить в действие отдельные её механизмы и приборы.

Часто, открыв входной люк торпеды, они с большим трудом втискивались туда вдвоём, и, стоя в её тесной цилиндрической каюте, Брусков учил Володю пускать в ход буровой мотор и моторы колонн давления, проверять и исправлять аккумуляторы, наблюдать за киноаппаратами. Иногда Брусков оставлял Володю одного в торпеде и, сносясь с ним по радио из шаровой каюты, учил его принимать сигналы радиопеленгации и по ним менять курс торпеды в разных направлениях.

Это была самая счастливая пора в Володиной жизни с того момента, когда он впервые спустился по лестнице в шаровую каюту и дрожащим от волнения голосом произнёс: "Здравствуйте! Можно войти?"

Как давно это было!

Володя чувствует себя теперь здесь, как дома, – нет, лучше, чем дома. Он тут необходим, имеет своё рабочее место, обязанности, а главное, – Володя не мог бы это объяснить словами, – он знает, что никто уже не сердится на него за самовольное появление в снаряде, а, пожалуй, все довольны этим.

Первым внешним событием после шести суток однообразного пути в гранитной толще было появление кварца, поступившего в снаряд через кран образцов, на глубине семи тысяч ста метров от поверхности.

– Мы вошли, очевидно, в кварцевую жилу, – сказал Мареев, ознакомившись с образцом и его анализом. – Любопытно, что мы в ней встретим. Бывают очень интересные находки…

– Но ведь здесь сплошной гранит, – заметил Володя. – Что же это за жила?

– В этой массивной породе гранита когда-то, ещё при её застывании, образовались трещины. Снизу, из неостывших глубин, по этим трещинам подымались вверх раскалённые газы и пары воды, которыми чрезвычайно богата расплавленная магма. Эти выделения магмы называются эманациями. Они выносят вместе с собой в газообразной форме различные минералы и соединения тяжёлых металлов. Среди минералов имеется свободная кремнекислота, которая, осаждаясь из остывающих газов и паров, кристаллизуется в таких трещинах в виде кварца и тридимита, а среди металлов встречаются чаще всего соединения железа, меди и реже – золото. В этом процессе принимает участие образовавшаяся из паров глубинная вода, пробирающаяся иногда по трещинам на поверхность в виде горячих минеральных источников, очень часто целебных. Глубинная вода насыщена растворёнными минералами и металлами, которые также кристаллизуются внутри трещин. Когда такая трещина или её ответвление заполнятся минералами или рудами, они уже называются жилами. Трещина, которую мы сейчас проходим, заполнена кварцем, и потому я её назвал кварцевой жилой.

– А что можно встретить в кварцевой жиле? – продолжал допрашивать Володя. – Вы говорили, Никита Евсеевич, что здесь бывают очень интересные находки.

– Да, – усмехнулся Мареев. – В таких кварцевых жилах часто встречаются благородные металлы, например золото.

– Правда? Это действительно интересно.

– Соберём тут тысячу тонн золота, – сказал Брусков, появляясь из буровой камеры, – и внесём его в валютный фонд страны.

– Ну, о тысяче тонн говорить, конечно, не приходится, – возразил Мареев, – но кое-что всё-таки соберём… Если только вообще золото встретится на нашем пути.

– Как же мы его собирать будем? – спросил Володя. – Придётся остановиться и выйти из снаряда?

– Никакое золото не заставило бы меня остановить снаряд даже на один лишний час, – ответил Мареев. – У нас одна цель – подземная станция. Мы должны стремиться к ней, избегая всяких задержек.

– Тогда как же собирать?

– Поставим кран образцов на непрерывную подачу, и, если удастся собрать на ходу сколько-нибудь золота, я буду рад этой удаче…

Володя вызвался дежурить у крана образцов, чтобы вовремя заметить поступление золота и не дать ему смешаться с размельченной породой. Через полчаса раздался его приглушенный возглас:

– Золото! Золото!.. Никита Евсеевич!