Читаем Победа века полностью

Погода была хорошая. На небе ни облачка. И Берлин мы увидели издалека. Сначала на горизонте появилось светлое облачко. Оно с каждой минутой увеличивалось. Наконец мы увидели зарево в полнеба.

От неожиданности я оторопел — фашистская столица была освещена. А мы у себя на Родине уже сколько времени не видели огней городов.

Передаю командиру полка:

— Перед нами Берлин.

— Вижу, — взволнованно отвечает он.

Аэронавигационными огнями Преображенский подает идущим за флагманом команду: рассредоточиться, выходить на цели самостоятельно.

Я вывожу флагманский самолет к Штеттинскому железнодорожному вокзалу. Конфигурация освещенных улиц, площадей четко различима. Видно даже, как искрят дуги трамваев, скользящие по проводам. Отсвечивает огнями гладь реки Шпрее. Тут не заблудишься, не перепутаешь нужный объект.

Освещенный город молчит. Ни одного выстрела, ни одного прожекторского луча, устремленного в небо. Значит, противовоздушная оборона и здесь принимает наши самолеты за свои.

Цель! Теперь только цель. И вот она перед нами — вокзал, опоясанный паутиной рельсовых путей, забитых железнодорожными составами.

— Так держать! — передаю в микрофон командиру корабля. Открываю бомболюки. Снимаю бомбы с предохранителей. Когда самолет подошел к цели на угол бомбосброса, нажимаю кнопку. Бомбы одна за другой пошли вниз.

— Это вам, господа фашисты, за Москву, за Ленинград, за советский народ! — кричу я и все еще жму на кнопку, хотя в этом уже нет надобности — все бомбы сброшены и вот-вот достигнут цели».

Так писал в своей книге «Над тремя морями» Герой Советского Союза, генерал-лейтенант авиации П. И. Хохлов, бывший флаг-штурман 1-го минно-торпедного авиационного полка на Балтике. Этот полк нанес в августе — сентябре 1941 года первые бомбовые удары по логову германского фашизма. Среди авиаторов этой ударной оперативной группы был и наш земляк — верхнеуралец Василий Павлович Рысенко. Его самолет ДБ-3 шел первым за флагманским.

Длина маршрута — туда и обратно — составляла 1760 километров, время в пути — около семи часов. Сложным был профиль полета, многое зависело от того, насколько точно и сразу на цель был выведен самолет. Расчетного количества бензина должно было хватить только на безукоризненно выдержанный маршрут. Конечно, командиры экипажей отдавали предпочтение опытным, хорошо подготовленным штурманам. Именно таким штурманом был Рысенко.

Профессия Василия Павловича до войны была самой что ни на есть мирной — работал учителем в поселке Сурменевский. А потом его судьба круто изменилась. По направлению Магнитогорского ДОСААФ поступил сначала в аэроклуб, затем — авиационное училище. После успешного окончания училища — служба в Ленинградской области. В 1939–1940 годах он принимал участие в войне с белофиннами, был награжден орденом Красного Знамени. А в 1941-м, после вошедших в историю боевых вылетов на Берлин, на его груди появился и орден Ленина.

На Урал была к тому времени эвакуирована семья — жена Зинаида Харитоновна и двое маленьких детишек — двухгодовалая дочурка Тамара и сынишка Виктор, которому к началу войны исполнилось только четыре месяца. Конечно, Василий Петрович беспокоился, как они там, все ли у них ладно, тревожился, что плохо доходят оттуда весточки.

«Вероятно, ты знаешь — времени свободного нет, уничтожаем врага беспощадно», — писал он жене. Буквально каждая строчка его писем пронизана верой в грядущую победу.