Читаем Победа века полностью

Бронепоезд легко рванулся вперед, в темноту. Четко застучали на стыках рельсов колеса. Анатолий, не выпуская из рук лопаты, не удержался, припал к броневому иллюминатору. Разбирало тревожное любопытство, ведь шли в первый бой.

Бронепоезд приближался к передовой, однако за окном ничего страшного и опасного не было. Луч света, пробивавшийся сквозь узкую щель затемнителей фар, скользил по набегавшим навстречу рельсам. А где-то далеко за темным бором мигали станционные огоньки. Пока все было очень похоже на его прежние поездки — от Челябинска до Златоуста и обратно. Раздалась команда: «Тихий!»

— Есть тихий! — почему-то тоже тихо ответил Югов и перевел регулятор на малый пар. Бронепоезд сразу сбавил ход. Югов еще раз перевел регулятор, поезд пошел спокойнее. Он медленно подходил к мигающей огнями станции. Свет передних фар погас. Глухой вздыхающий шум неторопливо работающих поршней едва был слышен в густой морозной тишине. По команде старшины Югова, Анатолий, отложив лопату в сторону, перешел к броневому иллюминатору, что с левой стороны, и пристально стал всматриваться вперед.

Все ближе огни железнодорожной станции. Наметанным глазом Анатолий определил, что перед ними большой железнодорожный узел, его пути забиты составами, а какими, как ни старался, не разглядел…

Послышалась команда: «Стоп!»

— Есть стоп! — тихо и чуть напряженно произнес Югов. И в ту же секунду ударило башенное орудие. Вздрогнул бронепоезд, вздрогнула ночная зимняя тишина и разорвалась яростным эхом. Это было своего рода сигналом. Сразу же с зенитных площадок застучали пулеметы. Бешеный, плотный огонь слали они в сторону врага. Немцы молчали, застигнутые врасплох.

И вдруг что-то с треском лопнуло и заполыхало, огромным красно-желтым заревом охватив полнеба. В нескольких местах загорелись составы с горючим. Стало удивительно светло.

— Танки, танки горят! — над самым ухом Анатолия зло и радостно закричал Михаил, кочегар. — Даем прикурить!

…Прошло немало лет, а первый бой, ставший для Анатолия Потапенко боевым крещением, ярко помнит он и сейчас. Это был самый успешный бой в его фронтовой жизни. Тогда у немцев сгорели два эшелона с танками и несколько составов с горючим.

…Гулко забарабанили по броне осколки. И тотчас послышалась команда: «Задний ход!»

Бронепоезд ушел от артобстрела. Когда наступило утро, он уже был далеко. Теперь его было не узнать — зеленая гора веток, еловых лап. Маскировкой были заняты все: автоматчики, ремонтники путей, артиллеристы, пулеметчики. Работали в поте лица. Не так-то просто скрыть бронированную махину — паровоз и девять вагонов.

Затем отправились в лес заготавливать дрова. Уголь на вес золота. Бронепоезд на нем работает только тогда, когда в бою: от дров много искр.

Впереди новая напряженная «ночная смена»…

Наступило лето 1943 года. Позади сотни километров пройденных стальных магистралей. Поезд идет по курской земле.

…Бронепоезд содрогался от каждого орудийного выстрела. Такого трудного боя Анатолий что-то не припомнит. Он приник к прибору наблюдения. В небе гудели немецкие самолеты — целая туча. Часто забили зенитки бронепоезда. «Юнкерсы», отогнанные яростным огнем, уходили в сторону.

Наступила тишина. Открыв двери кабины, машинисты жадно вдыхали пряный запах ржаного поля…

В небе послышался новый рокот. Снова налет. И тяжелый грохот моторов со стороны станции.

— «Тигры» обходят бронепоезд! Полный назад!..

В это время раздался мощный взрыв. Машинное отделение окутал дым. Анатолий увидел, что Югов схватился за сердце и стал медленно оседать на пол. Он кинулся к нему.

— Полный назад! Почему не выполняете команду? — закричал командир бронепоезда. — Кто у реверса?

— Сержант Потапенко.

— Где Югов?

— Убит, товарищ майор!

— Полный назад!.. Отставить! Приказываю покинуть бронепоезд.

Анатолию показалось, что он ослышался. «Как?» — переспросил.

— Выполняйте приказание! Уходите на левую сторону, в рожь.

Новый оглушительный взрыв качнул паровоз. В ту же минуту Анатолий услышал, как забурлила текущая из котла вода.

— Миша, прыгай! За мной, на левую сторону.

Кубарем скатились под насыпь. Бросились в густую рожь. В последний момент Потапенко оглянулся: позади бронепоезда, метрах в двадцати, увидел развороченное полотно дороги.

Оставшиеся в живых бойцы 38-го дивизиона были отправлены в Москву. Анатолий получил направление: «Сержант Потапенко назначается машинистом бронепоезда № 1». Он думал тогда: «Сумею ли я быть в бою таким же, как дядя Володя?»

— У реверса сержант Потапенко, — каждый раз докладывал он новому командиру бронепоезда, когда заступал на смену. Рядом с ним — новые боевые товарищи: тезка и земляк Толя Алексеев и кочегар Саша Акакиев. Они сдружились, сработались. Понимали друг друга с полуслова.