По приговору звезд

МУЖЧИНЫ

Комедия в четырех картинах

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Д ж а л и л з а д е — работник производственного управления, появляется в последней картине, но упоминается вначале. (Он — мужчина.)

Р а х ш а н д е — председатель колхоза.

Г ю л ь а л и — заместитель председателя колхоза.

С а м а й я  и  А л и й я — механики-водители комбайнов.

С а л и м а — трактористка.

Г у с е й н — ее муж.

Д а р ч и н — мать Салимы.

Р е й х а н — передовая колхозница.

И н ш а л л а х — сын Рейхан.

Т у м а д ж е в—бывший председатель колхоза.

Д и л я ф р у з — жена Тумаджева.

Т о ф и к — сын Тумаджева.

С а м а н д а р — колхозный тамада.

Ф а р х а д — шофер.

Г е ю ш — молодой человек без определенных занятий.

И с к а н д е р — брат Самайи, играет на зурне.

Ч а й х а н щ и к  А л и а б б а с.

П е р в ы й  а ш у г.

В т о р о й  а ш у г.

Д и к т о р  р а д и о п у н к т а.

КАРТИНА ПЕРВАЯ

Село в низине. Вокруг горы. Чайхана. Столы расставлены во дворе. Чуть поодаль двери клуба. Посетители чайханы — м у ж ч и н ы. За одним из столов  И н ш а л л а х, С а м а н д а р  и  Г е ю ш  пьют водку.

С а м а н д а р (с пышными усами, необычайно самоуверенный). А этот бокал мы выпьем за наших дорогих… мужественных… отважных… доблестных… обаятельных… нежных… приносящих домой зарплату женщин! Иншаллах, за твою мать Рейхан! Геюш, за твою тетушку Баллы! За мою жену Гюльчохру! Ашуг Вали, за здоровье твоей жены! Ашуг Али, за здоровье твоей жены!

Ч а й х а н щ и к. Включи в свой тост и Ракету, дочь Гусейна, говорят, она очень хорошо работает.

С а м а н д а р. Нет, нет. Ракета еще ребенок. Школьница. Пусть подрастет. Станет хотя бы звеньевой.

И н ш а л л а х. Чайханщик прав. Надо хоть несколько слов сказать о женщинах из семьи Гусейна, он может обидеться.

С а м а н д а р. Иншаллах, не снижай ценности моего тоста. Гусейн не обидится, я сто раз поднимал тосты в честь его жены — трактористки Салимы. Произносил несравненные слова. Поднимайте бокалы, а теперь выпьем! Эй, ашуги, сыграйте туш!

Пьют.

П е р в ы й  а ш у г (подыгрывая себе на сазе, пытается сочинить песню).

Брат Самандар, одолжи рифму.

С а м а н д а р. Рифму проси у нашего бывшего председателя Тумаджева, говорят, в юности он сочинял стихи. Мое дело — произносить тосты. Поднимем эти бокалы…

Появляется  Г у с е й н, одной рукой он толкает впереди себя детскую коляску, в другой руке у него тростниковая корзина. Все мужчины смотрят на Гусейна.

Г у с е й н. До моих ушей что-то доносится. Что-то должно произойти…

Г е ю ш (подходит к нему). Гусейн-ханум, поздравляю тебя с обновой! Прекрасный фартук! (Трогает руками фартук.) Эй, Самандар, скажи пару слов в честь этого фартука. Прекрасная штука.

Г у с е й н. Жена купила, пусть будет прекрасной ее судьба. (Гордо.) Обойдешь весь район — второго такого не сыщешь. Эй, бездельники, дайте дорогу, я спешу. Жена должна прийти на перерыв.

Мужчины расступаются.

Чутье меня не обманет, что-то должно произойти. Лучше сматывайтесь отсюда. (Уходит.)

В т о р о й  а ш у г. Слышали вы слова этого многодетного отца?

Ч а й х а н щ и к. Чтоб мне провалиться на этом месте, слова этого шельмеца часто подтверждаются. Да что тут удивляться, его жена все время рядом с руководством. Все, что услышит, по ночам ему рассказывает.

С а м а н д а р. Эй, чайхана, не бойся, принеси еще одну бутылку. Сердце требует нового тоста, наполняйте бокалы. А это мы выпьем еще раз за наших прекрасных, нежных, славных, чистосердечных…

Появляется  Ф а р х а д, садится за один из столиков.

Ф а р х а д. Красноречивых.

С а м а н д а р. Как ты хорошо сказал, Фархад. Умоляю тебя, скажи еще раз, запишу в блокнот. (Вытаскивает из кармана блокнот, записывает.) Красноречивых… Ах, хорошо! Может, еще что вспомнишь?

Ф а р х а д. Бескорыстных.